— Нельзя просто захотеть стать виноделом и тут же им стать. Это вырабатывается поколениями.
— В Калифорнии это не так.
— Просто не знаю, что на это ответить.
— Вы сноб.
— Разве?
— И это вам мешает.
— Нельзя просто захотеть стать виноделом и тут же им стать. Это вырабатывается поколениями.
— В Калифорнии это не так.
— Просто не знаю, что на это ответить.
— Вы сноб.
— Разве?
— И это вам мешает.
Изготовление вина — это искусство. Это религия, которая требует боли, желания и жертвы.
Дега работал с красками. Роден работал с бронзой. Дебюсси — с фортепиано. Бодлер — с языком. А Анри Жайе и Филипп де Ротшильд работали с виноградом. Хорошее вино — это большое искусство.
В моей жизни нет Божественней напитка, чем Метакса и Кагор — которые я с удовольствием смакую, наслаждаюсь и кайфую.
Ты приехал в Париж, чтобы убить Атоса, но в итоге спас ему жизнь. После пары бокалов анжуйского ты оценишь иронию.
Я хотела остаться в своей комнате. Я не желала видеть эту смесь трепета и подозрения, которая преследует меня повсюду. Это все только усиливает безнадежность той ситуации, в которой я оказалась. Они думают, я совершила чудо и вместо того, чтобы отпустить меня, мой поступок еще сильнее привязал меня к этому месту. И даже если бы я выбралась и вернулась к камням, нет гарантии, что они бы сработали, чем бы они ни были. А если бы они сработали, нет гарантии, что я попаду домой. Я могу запросто попасть в новую временную ловушку — в Средние века или во времена Римской империи. Я покинула свою комнату только в надежде на забвение, даруемое вином Колума...
Приняв на грудь сто грамм портвейна и в ритме вальса закружив однажды, она кружится до сих пор.