Праздники, да субботы,
Да воскресные дни,
И навалом свободы,
И с лихвой болтовни.
Праздники, да субботы,
Да воскресные дни,
И навалом свободы,
И с лихвой болтовни.
Cause the heart that betrays itself willingly
Is like a nation that trades freedom for stability.
Лучше быть свободным бедняком, чем богатым невольником. Конечно, люди хотят быть и богатыми, и свободными — и из-за этого подчас становятся бедными рабами.
В дельфинарии нас уверяют, что дельфин улыбается, потому что ему нравится прыгать через обручи, но, скорее всего, ему в этот момент совсем не до улыбок. Я скорее поверю, что дельфин улыбнется, получив возможность уплыть в море и никогда не возвращаться...
Никто не идеален. Жизнь не идеальна. Считаете, что вы исповедуете истинную веру и можете жить с чистой совестью? Я уверен, что свободны те, кто проще смотрит на жизнь...
Лишь разойдясь, легко и тихо,
Я понимаю, что опять дышу,
А ты кричал, довольно лихо:
«Я не могу и не дышу!»
Ушла и радостно взлетела.
А ты остался утопать.
Я проживу, как и хотела,
Тебе меня вновь не поймать…
В «Диалектике реального и феноменологическом методе у Гегеля» (1947) А. Кожев связывает диалектический характер тотальности бытия и реальности с присутствием в ней отрицающего начала, то есть осуществляемой человеком свободы. Кожев говорит так: Свобода, которая реализуется и обнаруживается в качестве диалектического или отрицающего Действия, есть, вследствие этого, и по самой своей сущности, творчество. Ведь отрицать данное не переходя в ничто – это значит творить нечто, до сих пор не существовавшее; это именно то, что называется “творчеством”. Иными словами, действительно заниматься творчеством можно лишь отрицая реально данное