красивые цитаты

Морю свойственно проникать в душу. Как говаривал Натан, стоит только раз подпустить его к себе – и ты от него уже никуда не денешься. Море, говорил он, как женщина. Изведет и не даст покоя.

Весенний догорающий костер,

Как ты хорош, не дымен, не остер!

Как собеседник, с кем я долго мог молчать,

чтоб не затух

и продолжал трещать.

Его речей голубоватый дым

С охапкой хвороста, что мигом стал седым,

И искры шуточек, услышанных сто раз.

Гори, гори... пока я не погас.

И сновидения в ночи однообразны,

Когда глядятся друг во друга зеркала,

И с внешностью совпав, душа занемогла

В пространстве мировом, где жизнь и смерть заразны.

Но выше движутся небесные тела,

Предначертания которых безотказны,

Противодействуют пророчествам соблазны,

Лишь синева порой безоблачно светла.

И проявляется незримое в прозренье,

Когда не ведаешь, кто грешный, кто святой,

И неожиданно меж рёбер воспаренье

И там, где сущее зовётся суетой,

Участие Твоё, Пречистая, в творенье –

Леченье истиной, добром и красотой.

... словно сова, тихо наблюдающая за своей добычей из темноты, выжидающая идеального момента для удара... Безупречно.

Вместо птиц перелётных проносятся в воздухе листья,

И пламенеют они на потемневших ветвях;

С неба едва соскользнув, рассыпалось в сумерках солнце,

Где под названием «снег» выпадет к ночи луна.

If I were a swan, I'd be gone.

If I were a train, I'd be late.

And if I were a good man, I'd talk with you more often than I do.

If I were to sleep, I could dream.

If I were afraid, I could hide.

В темноте Нью-Йорк изменяется до неузнаваемости, и песни Синатры начинают звучать фальшиво. И на улицах этого города, ночного Нью-Йорка, вершатся тёмные дела.

Люди — не звери. Люди — не боги. В наше время каждый должен сам ответить себе на вопрос: что такое «Человек», по какому пути мы будем идти... Когда мы становимся слишком умными — мы пытаемся захватить мир, стать равными богам. Когда мы становимся слишком сильными — мы начинаем пожирать тех, кто слабее нас, словно звери... Мы совершаем бесчисленные преступления. Мы идём на неслыханную жестокость. Тот, кто заходит слишком далеко, забывает, что значит быть человеком.... Я хотел, чтобы люди всего мира задумались о том, каким же должен быть человек, что такое человечность...

Этот вальс, этот вальс,

полный смерти, мольбы и вина,

где шелками играет волна.

Я люблю, я люблю, я люблю,

я люблю тебя там, на Луне,

и с увядшею книгой в окне,

и в укромном гнезде маргаритки,

и в том танце, что снится улитке...

Так порадуй теплом

этот вальс с перебитым крылом.

Есть три зеркала в венском зале,

где губам твоим вторят дали.

Смерть играет на клавесине,

и танцующих красят синим,

и на слезы наводит глянец...

А над городом — тени пьяниц...

О, возьми этот вальс,

на руках умирающий танец.