ночь

... Спускалась ночь, и порой мы снова просыпались, но не совсем, мы лишь касались друг друга, и только руки наши оживали совсем-совсем ненадолго, мы были так близки и шептали спросонья: «о ты, любимая» и «как я люблю тебя» и «я не хочу никогда больше быть без тебя»...

Дождик идет в Сантьяго,

сердце любовью полно.

Белой камелией в небе

светится солнца пятно.

Дождик идёт в Сантьяго:

ночи такие темны.

Трав серебро и грёзы

лик закрывают луны.

Видишь, на камни улиц

падает тонкий хрусталь.

Видишь, как шлёт тебе море

с ветром и мглу и печаль.

Шлёт их тебе твое море,

солнцем Сантьяго забыт;

только с утра в моём сердце

капля дождя звенит.

Это было то время — кромешная ночь, — когда уши слышат малейший шорох. Когда можно больше увидеть закрытыми, а не распахнутыми глазами.

В два часа ночи кажется, что всё возможно.