— Зачем он отправил эту телеграмму?
— Зачем? Посмотрите на нас внимательно, господин министр, это наша первая бессонная ночь, а сколько их будет еще!..
— Зачем он отправил эту телеграмму?
— Зачем? Посмотрите на нас внимательно, господин министр, это наша первая бессонная ночь, а сколько их будет еще!..
— Я научил его не вступать в контакт, работать на выжженной земле. Он играет белыми.
— Что?
— Это как в шахматах, белые всегда начинают игру — он будет нападать первым. Всегда на шаг впереди. Он будет постоянно импровизировать, ходить вокруг нас кругами, он сведет нас с ума.
— Та история уже потеряла всякий смысл. За эти два года все кардинально изменилось. Изменилась политика, изменились обстоятельства.
— И я изменился, все поменялось. Кроме Нджала и секретной службы. И если убийство Нджала вчера считалось делом чести, то все также обстоит и сейчас.
— Может, и тогда это убийство было не надо?
— А вы меня убеждали, что надо!
— Почему ты такой упрямый? Я не пойму, на кого ты больше злишься, на Нджала или на секретную службу?
— Угадай.
Бессонница.
Ночь, половина третьего,
Бессонница стучится в дверь мою.
Изворотился, мыслями ушёл,
Непонятно лишь одно,
Почему сегодня вздумала она прийти.
Ничего не предвещало мне встречи с ней,
Зачем же ты пришла?
Уйди, невежая, долой,
Не о чем мне с тобою говорить.
Человек, поглощенный мыслью о мщении, не даёт зарасти своим ранам, которые иначе уже давно бы исцелились и зажили.
(Тот, кто замышляет месть, растравляет свои раны, которые иначе уже давно бы исцелились и зажили.)
Я всегда вижу, когда она нервничает — она сильно красится. И сегодня она нанесла толстый слой нервозности.