Уильям Батлер Йейтс

Мелькают пчёлы и хлопочут птицы

У моего окна. На крик птенца

С букашкой в клювике мамаша мчится.

Стена ветшает… Пчёлы-медуницы,

Постройте дом в пустом гнезде скворца!

Возводят баррикады; брат на брата

Встаёт, и внятен лишь язык свинца.

Сегодня по дороге два солдата

Труп юноши проволокли куда-то…

Постройте дом в пустом гнезде скворца!

Мы сами сочиняли небылицы

И соблазняли слабые сердца.

Но как мы так могли ожесточиться,

Начав с любви? О пчёлы-медуницы,

Постройте дом в пустом гнезде скворца!

0.00

Другие цитаты по теме

Странные они, эти войны.

Море крови и жестокости — но и сюжетов, у которых также не достать дна. «Это правда, — невнятно бормочут люди. — Можете не верить, мне все равно. Та лиса спасла мне жизнь.» Или: «Тех, кто шел слева и справа, убило, а я так и стоял, единственный не получил пулю между глаз. Почему я? Я остался, а они погибли?»

Нарисуй на мне ножом свадебное фото,

Пей мои стоны, будто краденую воду.

Спрячь отвертку в диафрагму (Спрячь отвертку в диафрагму).

Разорви моё лицо, будто обёртку,

Я обрадуюсь любому твоему прикосновению.

Турианец сидел в «Логове Коры». Гаррус не любил это место. Но они говорили тут, сидели на этом самом месте.

Турианец долго думал, молчал. Бой был выигран. Бой, но не война.

Какое-то время Гаррус еще не придет в себя, после потери друга. Она так и не рассказала ему историю своей жизни. Она обещала, но этого, «другого, подходящего раза», так и не случилось.

Он потерял её.

И всё-таки, где-то в глубине души он чувствовал, что она жива.

Она не могла бросить его здесь, бросить вот так.

Он знал — они еще встретятся.

— Мы поспорили с Борькой Яценко, что я... А ты стояла у доски, я подошел к тебе и положил свою руку тебе на плечо. Вот. А потом... провел там, где нельзя. А ты на меня так посмотрела,... будто я ударил тебя. И мне стало так стыдно. Мне и сейчас очень стыдно.

— Иди ко мне.

— Кимка.

[Кима прижимает Игоря лицом к своей груди]

— Где? Ну? Ну, где нельзя? А? Где?... Можно. Теперь всё можно. Потому что вас убивают. А мы остаемся. Потому что я люблю тебя.

— Кимка!

— Молчи. Я знаю, дура я несчастная. И ты тоже дурак несчастный. Господи. Господи, пусть хоть дети наши будут счастливые.

Неслышанное:

«Ты моя — навеки!..»

Несказанное:

«Я тебя ждала…»

L'amour fait tout le sale boulot

Jette les âmes pures dans les cachots

Brise les princesses dans les châteaux

Il n’y a jamais de drapeaux blancs

Pas d’armistices, pas de printemps

C'est la guerre quand l'amour vous prend

Любовь делает всю грязную работу,

Бросает чистые души в темницы,

Доводит до изнеможения принцесс в их замках.

Здесь не бывает белого флага,

Ни перемирий, ни весенней поры,

Это война, когда нами овладевает любовь.

Скупее, сердце, будь в любви:

Те женщины, которым в дар

Откроешь ты свой вечный жар,

Богатства высмеют твои.

Их поцелуи холодят,

А прелесть, что ласкает взгляд,

Развеется, как легкий дым.

Ах, сердце, будь всегда скупым,

Всё лгут прекрасные уста,

Игра любовная проста:

На пораженье обречён,

Кто ослеплен и оглушён.

Расщедришься – твоя беда,

Погибнешь, сердце, навсегда.

В тылу местных жителей заставляют уходить — бросать имущество и хозяйство. Нашим войскам, вероятно, тоже предстоит наступать завтра. Какая бесчеловечность — сгонять людей с насиженных мест! Женщины рыдают, рвут на себе волосы! Кругом плач и только плач! и мы ничем не можем им помочь!

Лyчше молодым любить,

А не воевать, не yбивать,

Hе цевье, а pyки девичьи

В pyках деpжать.

Пyля пpосвистит пpонзительно,

АКМ стpочит пpезpительно -

Плевать! Плевать, на всё плевать!

Молчи, болван!  — крикнул Бог.  — На моем сердце миллионы шрамов от боли за человека! Если б я остановил японского мальчика, я должен был бы остановить все войны, все жестокости людей! Если я буду все это останавливать, люди никогда не научатся самоочеловечиванию.