— Как там война, сэр?
— Как и любая другая, мэм — хороших людей убивают.
— Как там война, сэр?
— Как и любая другая, мэм — хороших людей убивают.
— Меня не было рядом с ней.*всхлип*
— Я был с ней.
— И ты видел, как она уходит от нас. Она боялась?
— Она была спокойной. Я держал её в своих объятиях.
*рыдания Демельзы*
— Война не бывает простой. Это не в человеческих привычках.
— Ты был на войне. Что побуждает людей вести себя как дикари?
— Отказ видеть в своих собратьях человека. Вместо этого делать их символом того, что они ненавидят. Нет таких жестокостей, на которые они не пойдут.
Я говорил, что она умерла в моих объятиях? Я наблюдал, как она сделала последний вдох. Я не представлял, как жизнь могла уйти из неё, если накануне я нянчил её на коленях.
Мoй cвятoй oтeц, мнe yжe кoнeц,
Мoя вeчнocть yмpeт нa oгнe.
Я к тeбe лeчy, я тeбe кpичy,
Кaк я был нa вoйнe, нa вoйнe.
Я был нa вoйнe.
И белые солдаты никуда не спешат
Просто белые солдаты молча знают своё
Просто белые солдаты улыбаются среди войны
Среди обязательной войны.
— Надвигается шторм. Джулия боится шторма... До сих пор не могут поверить, что ее нет, но я постараюсь, я справлюсь.
— Я каждый день себе это говорю, но ничего не получается.
Клеопатра, Клеопатра... Когда загремит труба, каждый из нас понесёт свою жизнь в руке и швырнёт её в лицо смерти...