Алексей Брындин — Напищу-ка я песню

Если стали кормиться сплетнями, новостями,

Да закаченным в плеер дешевым музлом,

Значит быть на Руси нам звонарями,

Из душ наших слит будет колокол, дабы не били челом,

Будущие сыны Отечества перед вором, шутом, подлецом,

Да, мы лишь малая часть человечества,

Но зато с сохранившимся лицом.

Напишу-ка я песню на случай бронхита,

Прослыву занудой среди своих коллег,

Ведь сейчас нужно быть чем-то вроде бисквита,

Не выделяться своей амплитудой и не форсировать рек,

Но мне всегда Джордано Бруно был ближе, нежели Галилей,

Висеть на рее лучше, чем быть уборщиком гальюну,

А мытарь лучше, нежели фарисей.

0.00

Другие цитаты по теме

С чего начинается Родина?

С собаки, что в будке сидит.

С коллеги, наивном с рождения.

И шефа, что вечно сердит.

А дальше она продолжается

пожарным, врачом и ментом!

И только потом депутатами,

Но это гораздо потом!

И где-то, совсем, в конце списочка

Страниц, так, на сто сорок пять

Стоят президент и правительство

и это нам надо понять!

С чего начинается Родина.

Видели его в тот момент? Хоть бы глазом моргнул. А вот я... я только мечтать могу о таком выражении лица, чтобы полное безразличие и ноль эмоций.

Спеть тебе песенку? Мне её напел тот, кто со мной это сделал. А я напою её тебе, хочешь? Раз, два, три. Попробуй меня найди. Череп, кости, скелет, ты обещал хранить обет. Четыре, пять, шесть. Тебя ждёт плохая весть. Могила, черви и гниль, я тебя почти похоронил...

Кто растоптан дома, кто унижен,

И среди могильной тишины

На нью-йоркских кладбищах, в Париже,

Спят твои великие сыны.

Изредка покой земной нарушив,

Слышат здесь туристы иногда,

Как кричат их раненые души,

Русскими оставшись навсегда.

Боль помечает наши лица, меняет внешность, превращая в близких родственников.

Когда ты счастлив, ты наслаждаешься музыкой. Когда ты грустишь, ты вникаешь в текст песни.

В детстве в школе на уроках истории я засыпал: мне было скучно и не интересно. Говоря о ВОВ, учитель обращался к числам, схемам и показывал карты со стрелками. И только сегодня я понял, что за этим стояли настоящие люди: мальчики, девочки младше меня, которые дрались за Родину, погибали за неё, за нас сегодняшних, за нашу жизнь. Каждый год 9 мая мама водила меня на парад. Мне нравилось как блестят ордена. Мама покупала мне шарики. Все улыбались. Мама дарила цветы. Я только не мог понять почему этот праздник называли со слезами на глазах. Теперь я всё понял — Родина — одна, одна на все времена.

В это холодное лето мы будем играть в слепых. Мы руками закроем друг другу глаза, узнавая лица наощупь, кончиками пальцев, запоминая их не красивыми, а тёплыми, не умными, а живыми. Мы будем узнавать истории чужих судеб, осторожно проводя губами по причудливым линиям на руках. Мы будем слушать. Мы научимся слышать.

— Вам веселую песню или грустную?

— Грустную.

— Хорошо, но предупреждаю, я разобью вам сердце.

— Уже разбито...

Любят люди не за что-нибудь. Любовь не сделка, не договор, не корыстный обмен вещами, не юриспруденция. Любящий любит не потому, что любимое — высоко, велико, огромно. Родители любят детей и дети любят родителей не за высшие добродетели, а потому, что они друг другу родные. Благородный гражданин любит свою Родину также не за то, что она везде и всегда, во всем и непременно велика, высока, богата, прекрасна и пр. Нет. Мы знаем весь тернистый путь нашей страны; мы знаем многие и томительные годы борьбы, недостатка, страданий. Но для сына своей Родины все это — своё, неотъемлемое своё, родное; он с этим живет и с этим погибает; он и есть это самое, а это самое, родное, и есть он сам.