Зная дар вина священный,
Мудрый чашу не торопит.
Только глупость неизменно
То, что ценно, в пьянстве топит.
Зная дар вина священный,
Мудрый чашу не торопит.
Только глупость неизменно
То, что ценно, в пьянстве топит.
Много пить вредно, а мало — скучно. Вино следует пить только в двух случаях: когда есть вот такой замечательный повод, как сейчас, и когда никакого повода нет.
Поразительно было и то, что где-то в зеленых долах здоровые, славные люди возделывают виноград и выдавливают из него сок, чтобы в разных местах земли, далеко-далеко от них, какие-то разочарованные, тихо спивающиеся обыватели и растерянные степные волки взбадривались и оживлялись, осушая стаканы.
Вино — обманщик, пить — значит впасть в безумие, кто поддаётся обману — тот не мудр.
— Официанты подливали вина, а твой отец его пил и пил...
— Ну, это просто вежливость.
— Вот он и набрался вежливости.
Мы любим аромат пчелиных сот,
И запах сада, если сад цветет,
Нас одаряя радостью, как слово,
Которым славят человечий род.
Но места избегаем мы такого,
Где слышен запах тленья и болот,
Что сходен с речью человека злого,
Который всех поносит и клянет.
Как много в мире гадостей и смрада!
Прикрыл свой нос я рукавом халата...
И лишь вино все то же, что и прежде, -
Ничуть не потеряло аромата.
— Бутылки нужно открыть и разлить вино в графины прямо перед ужином. Легкое вино к закускам, тяжелое — к супу. Потом — то же вино к рыбе, а потом — кларет, его нужно разлить по графинам сейчас. Вот здесь вино для пудинга, а после этого — что попросят в гостиную к кофе.
— Как же они наверх поднимаются-то после этого?!
Соседку, злее, чем голодный пес,
Послал мне бог, вернее — черт принес.
Она бранится, устали не знает,
Тихоню-мужа доводя до слез.
Порою он несмело отвечает,
Она кулак бедняге тычет в нос.
Когда же он смиренно замолкает,
Она кричит: «Иль твой язык прирос?»
Мы все под богом; кто не обижает
Людей, нам близких, в шутку иль всерьез,
Ведь без шипов и розы не бывает,
Беда, коль есть шипы, но нету роз!