На земле обязательно должны быть рыцари и менестрели...
Иногда женщины плачут, Дэвис. Мы носим платки для них. И это то немногое, что осталось от рыцарского духа.
На земле обязательно должны быть рыцари и менестрели...
Иногда женщины плачут, Дэвис. Мы носим платки для них. И это то немногое, что осталось от рыцарского духа.
Нужны Парижу деньги, се ля ви,
А рыцари ему нужны тем паче.
Но что такое рыцарь без любви?
И что такое рыцарь без удачи?
Я начал завидовать рабам. Они всё знают заранее, у них твёрдые убеждения! Наверное, потому, что у них нет выбора. А рыцарь... рыцарь всегда на распутье дорог.
— Как редко встречаешь рыцаря в наше время! От души благодарю вас.
— Да... да... да что вы! Это... это так естественно... для меня...
— Да уж, естественно! Он всем всегда помогает. Его даже здесь прозвали мистер Щедрость-не-Пахнет.
Что мы за парочка с тобой? Оба пытаемся скрыть свое лицо, и у обоих это не получается. Твои люди любят тебя, и это уже о многом говорит, но ты пошел вперед, когда следовало отступить, и это поступок настоящего рыцаря.
Несмотря на то, что некоторые рыцари отдали свои жизни, память о них будет жить вечно, рассказы об их подвигах будут передаваться от отца к сыну, от матери к дочери, как легенда о короле Артуре и его рыцарях.
— Вы откуда, из Средневековья?
— Да! — воскликнул Барбара. — В ту пору бесстрашными рыцари были, а девы под платьем белья не носили.
Между гор и долин
Едет рыцарь один,
Никого ему в мире не надо.
Он все едет вперед,
Он всё песню поет,
Он замыслил найти Эльдорадо.
Но в скитаньях — один
Дожил он до седин,
И погасла былая отрада.
Ездил рыцарь везде,
Но не встретил нигде,
Не нашел он нигде Эльдорадо.
И когда он устал,
Пред скитальцем предстал
Странный призрак — и шепчет: «Что надо?»
Тотчас рыцарь ему:
«Расскажи, не пойму,
Укажи, где страна Эльдорадо?»
И ответила Тень:
«Где рождается день,
Лунных Гор где чуть зрима громада.
Через ад, через рай,
Всё вперёд поезжай,
Если хочешь найти Эльдорадо!»
Сей рыцарь — ветеран бесчисленных сражений в мириадах миров, и появился он в далёком первичном измерении, где фундаментальные законы вселенной обрели разумное воплощение. Из древних Предвечных он самый старший и неутомимый, и он неизменно ищет сущность, что знает лишь под именем Свет. Давным-давно Свет нарушил первое соглашение, покинув прародительский мир. И теперь старший собрат путешествует из мира в мир в бесконечной охоте на Свет, стремясь затушить его везде, где он объявится. Тысячу раз источник сияния гас, и всякий раз рыцарь уходит в другое измерение, дабы продолжить поиски. Он скачет на Армаггедоне, яростно вступает в битвы, черпая силу из хаоса вселенной. Он — физическое воплощение самого хаоса. При нужде он призывает образы самого себя из других миров, и тогда тёмные наездники вместе мчатся в битву, непреодолимые, словно сила стихии. Поиск окончится, только когда последний Свет во вселенной погаснет. За хаосом последует смерть.