Его Высокопреосвященство
Нам обещал на небе райское блаженство,
Покуда жизнью живём земной,
Пусть похлопочет, пусть похлопочет,
Пусть похлопочет он за нас пред сатаной.
Хоть наше дело — драка,
Не будем врать, однако,
Война — разбой, пардон за прямоту.
Уж коли вынул шпагу,
Достаточно забот,
Чтоб спрашивать беднягу:
— Католик?
— Гугенот.
Одни лишь мы служители порядка,
Но кто без нас укажет верный путь?
Чтоб было шито-крыто, чисто, гладко,
Спеши, кого схватить, кого проткнуть.
Кардинал ел бульон
С госпожой Д' Эгильон.
Он поел на экю,
Погулял на мильон.
Ли-лон ли-ла, ли-лон ли-ла,
Ли-лон ли-ла ли-лер.
Опять скрипит потертое седло
И ветер холодит былую рану.
Куда вас сударь к черту занесло?
Неужто вам покой не по карману?
Пора пора порадуемся на своем веку.
Красавице и кубку, счастливому клинку.
Пока пока покачивая перьями на шляпах
Судьбе не раз шепнем: мерси боку.
Без славы мне в Париже не житье.
Вся жизнь прошла — пора судьбой заняться.
Так сколько же вам лет, дитя мое?
Ах, много сударь, много — восемнадцать.
Рука твоя тверда? Тверда.
Вот верная черта
Гасконского прославленного стиля.
И я таким же дерзким был когда
Париж узнал гасконца,
Париж узнал гасконца,
Париж узнал гасконца Де Тревиля.
Нас четверо, ещё пока мы вместе.
Но дело есть,
И это дело чести.
Девиз наш «Все за одного»,
Лишь в этом наш успех.
Век честных рыцарей прошел. Известно, что порой мир гордых женщин окружен бессовестной игрой.
— А мы, в свою очередь, чтобы Ваше Преосвященство не счел нас трусами и дезертирами, отпразднуем это событие, позавтракав на виду и всех, у вас и у неприятеля, в бастионе Сен-Жерве и продержимся там ровно час, минута в минуту, как бы враг не старался нас выбить оттуда.
— Это самоубийство.
— Нас убьют, это точно, если только мы пойдем туда.
— Это так, но нас еще вернее убьют, если мы не пойдем туда.
Когда твой друг в крови,
Будь рядом до конца.
Но другом не зови,
Ни труса, ни лжеца.
И мы горды, и враг наш горд.
Рука, забудь о лени.
Посмотрим, кто у чьих ботфорт
В конце концов согнёт свои колени.
Противник пал. Беднягу жаль...
Но наглецы несносны.
Недолго спрятать в ножны сталь,
Но гордый нрав, ей-ей, не спрячешь в ножны.
Cлайд с цитатой