— А их капитана зовут... Саламандра.
— Самовар.
— Салазар!
— А их капитана зовут... Саламандра.
— Самовар.
— Салазар!
— Моя мать была из институток.
— Она была академически обучена?!
— Скорее систематически отчебучена!
— Я занималась горологией.
— Ну... стыдиться тут нечего, каждый зарабатывает как может.
— Это наука о времени, институтская дисциплина.
— Ничего страшного, моя мать тоже была институткой.
— Странная у тебя фамилия — Сортир...
— А в девятом веке мы сменили фамилию.
— То есть вы сменили свою настоящую фамилию на «Сортир»?
— Да! Раньше фамилия была — Сральник!
— Хорошо поменяли! Классно поменяли!
— Мое наименование Эстер.
— Тебе дали это имя, но ты можешь выбрать новое.
— Я себе еще не выбрал. Я рассматриваю имена Ральф, Алехандро и Салим. Меня также странно привлекает слово «обогреватель», хотя, как я понимаю, оно не считается именем.
— Ребята, у меня к вам один вопрос. Это вообще кто такой?
— Вить, извини, забыли представить. Это Женя.
— Почему у него на футболке написано «Игорь»?
— Просто я донашиваю вещи за старшим братом.
— За каким ещё братом?
— За Серёжей.
— Я назову этот цветок «Румянец Аманды». Мистер Хант, раз вы мой партнер, вы тоже должны придумывать названия.
— Ээ… эм… я?
— Да. Назовите, как-нибудь этот рукав реки. Вы можете увековечить имя вашей возлюбленной.
— Возлюбленной? Да, конечно… я знаю, как. Тогда я назову этот рукав «Питсбургская Нелли». Эта валлийская шлюха такое проделывала, что никто не замечал нароста на ее шее.
— Так, ладно, меня ждет грыжа.
— Как зовут пациента?
— Его зовут пациент с грыжей, но мы так близки, что я зову его просто грыжа.