— Но это несправедливо!
— «Несправедливо»?! Да ты знаешь, с кем имеешь дело? Меня ещё никто не обвинял в справедливости. Если подумать, я оскорблена.
— Но это несправедливо!
— «Несправедливо»?! Да ты знаешь, с кем имеешь дело? Меня ещё никто не обвинял в справедливости. Если подумать, я оскорблена.
Если мужчина готов отдать все на свете, чтобы девушка была его, это значит, что она для него что-то значит.
Я никак не могу понять, то ли это колоссальный комплимент, то ли смертельное оскорбление.
— Хочу пи-пи…
— Ёлки-палки, военный! Тебя в спешке делали. Вся твоя жизнь — реклама безопасного секса.
— Слушай, Эллиот, а что если я скажу, что у меня есть редкий сверхъестественный дар исполнять даже самые заветные мечты.
— Кто ты?
— Сохранишь это в тайне? Клянёшься, что об этом никто не узнает? Я дьявол.
— Окей, похоже, кто-то у нас сильно перебрал...
— Я дьявол! Сатана. Люцифер. Вельзевул. Принц Тьмы. Или Принцесса Тьмы, если угодно. Вот моя карточка. [протягивает визитку «THE DEVIL»]
— О! Дьявол. Так написано. Вот теперь я тебе верю.
Но во всяком случае циником и грязною неряхой нельзя оставаться: он не имеет права оскорблять чувства других, тем более что те, другие, сами в нем нуждаются и сами зовут к себе.
— Шоб ты издох! Шоб я видел тебя у гробу у белых тапках!
— Чтоб ты жил... на одну... зарплату!