Я испытываю к тебе сильное чувство, но еще не знаю, позитивное или негативное.
Все когда-нибудь заканчивается. Что-то раньше, что-то позже. И даже чувствуя, что приближается конец, мы бездействуем в колыбели собственных жизней.
Я испытываю к тебе сильное чувство, но еще не знаю, позитивное или негативное.
Все когда-нибудь заканчивается. Что-то раньше, что-то позже. И даже чувствуя, что приближается конец, мы бездействуем в колыбели собственных жизней.
Всё в порядке: минуты складываются в дни,
А весна, несомненно, следует за зимой..
Я сменила номер, чтобы ты не звонил,
Я сломала все пальцы, чтоб не звонить самой.
Счастье — это чувства. А мы редко понимаем, что чувствуем в настоящий момент. Чувства быстро проходят и почти всегда искажаются в памяти. Кроме того, все чувства — это полное дерьмо.
Риск любви в том, что любишь, недостатки так же, как и достоинства; они неразделимы.
Зося осторожно отдернула руку.
— Ты больше не любишь меня.
— Как ты можешь так говорить? Почему?
— Потому что ты несчастлив. Если кого-нибудь любишь, ничто не может сделать тебя несчастным.
Оно также остается нераскрытым, и я по-прежнему плету канаты в толстые календари.
Наверное, снаружи я должна быть красива, когда лелею терпение, когда ращу мудрость в пробирках у себя внутри.
Мне то пишется, то наспех живется, и пульс барабанит на каждый теплый свет впереди.
Мы привыкли замолкать навстречу.
Мы позволили привыкнуть себе жить без любви.
А где-то там облаками подвязывают пояс.
Где-то мантру Ом одевают обручальным кольцом и улыбаются, не беспокоясь.
Мы бы также смогли умоясь, создать чистый и гармоничный дом. Но я знаю, все это потом....
А сейчас есть ты, твой голос и телефон.
Строчки без имен, да вся жизнь, сброшенная с рук и оставленная на потом. Мое сердце полюбило небо,
а в нем все летит кувырком.
Циферблатная стрелка ревнива.
Мы всё еще не вдвоем.
Сколько ни думай, но чувств другого человека не поймёшь. А значит, остаётся только показать свои!
Но для изощренного мыслителя допустить такое вторжение чувства в свой утонченный и великолепно налаженный внутренний мир означало бы внести туда смятение, которое свело бы на нет все завоевания его мысли. Песчинка, попавшая в чувствительный инструмент, или трещина в одной из его могучих линз — вот что такое была бы любовь для такого человека, как Холмс.
Каким-то чудом я встретила тебя. Каким-то чудом наши чувства взаимны. Все эти чудеса потихоньку складываются друг с другом, пока однажды не случится самое главное чудо — чудесный поцелуй, который скрепит нашу клятву «Быть вместе навсегда».