Месяц на небе,
Один ты на свете товарищ
Бушующей буре.
Месяц на небе,
Один ты на свете товарищ
Бушующей буре.
Не бывает совершенно чистого и безоблачного счастья, если его здание воздвигнуто на грубом фундаменте. Всегда есть камни, за которые нет-нет да и зацепишься, как и всегда найдется деталь, которая омрачает жизнь и меняет первоначальный сценарий, созданный с надеждой на светлое будущее.
Зима, лето, сходятся.
Зима, лето, сходятся.
Где вещи растут, есть надежда,
Все, что исцеляет, имеет надежду,
Из ледяных оков она появляется
Из холодного неба, медленно продвигается вперед,
Мир кажется настроенным, все по-прежнему,
Все есть тишина, надежда вспыхивает.
Пока все продвигается, течет вперед,
Возникает, затем появляется надежда,
Она освещает все, что есть,
Все есть, было и будет,
Она впадает в сладкий сон,
Сладкий сон юности.
Где все светится, есть надежда,
Все, что исцеляет, имеет надежду,
Из ледяных оков она появляется
Из холодного неба и медленно продвигается вперед,
Мир, кажется, установлен, все по-прежнему,
Все тихо, надежда зажжена.
Пока все продвигается, течет вперед,
Возникает, затем появляется надежда,
Она освещает все, что есть,
Все есть, было и будет,
Она впадает в сладкий сон,
Сладкий сон юности.
В лаве становится теплым,
В лаве становится теплым.
Vetur, Sumar, Saman Renna
Vetur, Sumar, Saman Renna
Vetur, Sumar, Saman Renna
Þar sem gróir þar er von.
Allt sem græðir geymir von.
Úr klakaböndum kemur hún fram.
Af köldum himni fikrar sig fram.
Слишком много было по пути стрелок, и всякий раз мы не туда съезжали. И вот рельсы привели нас с тобой туда, куда привели. Депо: начало и конец.
Я предлагаю ребятам посмотреть на небо, какое оно — словно вечность. Время теряет смысл. Как прекрасно быть живым.
Глупые имена для настоящих людей. Вроде распорол тряпичную куклу, а внутри: Настоящие потроха, настоящие легкие, живое сердце и кровь. Много горячей и липкой крови.
Осенний ветерок слегка приоткрыл дверь и прислал свою визитную карточку – золотистые листья…
Прекрасный облик в зеркале ты видишь,
И, если повторить не поспешишь
Свои черты, природу ты обидишь,
Благословенья женщину лишишь.
Какая смертная не будет рада
Отдать тебе нетронутую новь?
Или бессмертия тебе не надо, -
Так велика к себе твоя любовь?
Для материнских глаз ты — отраженье
Давно промчавшихся апрельских дней.
И ты найдешь под старость утешенье
В таких же окнах юности твоей.
Но, ограничив жизнь своей судьбою,
Ты сам умрешь, и образ твой — с тобою.