— У вас есть дети?
— Нет.
— Тогда я привезу вас домой и они у вас родятся. Много.
— Ммм, вкусно.
— О да, объедение.
— Я тебя отведу в итальянский ресторанчик. Это специальное место, тебе там понравится. Они готовят такое ризотто, чудесное, с белыми грибами...
— Может быть, в другой жизни...
— Мы же не дома, конечно. Мы выберемся, не бойся.
Будь правдив даже по отношению к дитяти: исполняй обещание, иначе приучишь его ко лжи.
Обещания, они как дети — процесс производства приятный, но потом жалеешь, что от них не отказался.
— Ребенок нужен не для того, чтобы лечить больное эго!
— Будешь раздавать мне советы о детях после того, как сам найдешь дитя, которое привязал к себе и бросил!
«... Я говорю серьезно, —
зря ты птицу искал».
И мальчишка размажет
слезы
соленые
по щекам.
Покажется маме
на диво
смешною его беда,
что птичка из объектива
не вылетит
никогда…
Он будет плакать.
Не скоро
он забудет свою мечту.
А потом он окончит школу.
А после пойдет в институт.
Поймет он,
как слово
дорого.
Повзрослеет.
Выйдет в отцы.
И все же
не будет любить
фотографов
за то, что они…
лжецы.
Мама, в этом доме я не имею права ни на какую часть, но я часть тебя, и ее никто не сможет у меня отнять, даже ты!
Все выглядело так, будто в прочном фундаменте, на котором она строила свое понимание мира взрослых, появилась трещина. Джесси предполагала, что взрослые всегда имеют веские основания поступать так или иначе, и при том они заботятся об интересах каждого. Но впервые в жизни ей пришло на ум, что взрослые могут не отдавать себе отчета в своих действиях. Что иногда они поступают наугад, подобно детям.
Cлайд с цитатой