Будь правдив даже по отношению к дитяти: исполняй обещание, иначе приучишь его ко лжи.
Обещания, они как дети — процесс производства приятный, но потом жалеешь, что от них не отказался.
Будь правдив даже по отношению к дитяти: исполняй обещание, иначе приучишь его ко лжи.
Обещания, они как дети — процесс производства приятный, но потом жалеешь, что от них не отказался.
— Ребенок нужен не для того, чтобы лечить больное эго!
— Будешь раздавать мне советы о детях после того, как сам найдешь дитя, которое привязал к себе и бросил!
Дети — они свежи, от бога приходят, потом мы понемногу все портимся и потом все понемногу исправляемся.
«... Я говорю серьезно, —
зря ты птицу искал».
И мальчишка размажет
слезы
соленые
по щекам.
Покажется маме
на диво
смешною его беда,
что птичка из объектива
не вылетит
никогда…
Он будет плакать.
Не скоро
он забудет свою мечту.
А потом он окончит школу.
А после пойдет в институт.
Поймет он,
как слово
дорого.
Повзрослеет.
Выйдет в отцы.
И все же
не будет любить
фотографов
за то, что они…
лжецы.
Страх за ребенка — это больше, чем страх за собственную жизнь. Это — страх за свое бессмертие.
Он в детстве с пальцами ног разговаривал, звал их Лёня-большой, Лёня-длинный, Лёня-кривой, Лёня-безымянный и невкусный Денис.