Обещания, они как дети — процесс производства приятный, но потом жалеешь, что от них не отказался.
— Ребенок нужен не для того, чтобы лечить больное эго!
— Будешь раздавать мне советы о детях после того, как сам найдешь дитя, которое привязал к себе и бросил!
«... Я говорю серьезно, —
зря ты птицу искал».
И мальчишка размажет
слезы
соленые
по щекам.
Покажется маме
на диво
смешною его беда,
что птичка из объектива
не вылетит
никогда…
Он будет плакать.
Не скоро
он забудет свою мечту.
А потом он окончит школу.
А после пойдет в институт.
Поймет он,
как слово
дорого.
Повзрослеет.
Выйдет в отцы.
И все же
не будет любить
фотографов
за то, что они…
лжецы.
Ааа, у него колики. Не переживай. У меня тоже были колики. Делай как моя мама, т. е. пусть орет, пока не заснет. Я же нормальный вырос.
Дети не такие, как мы. Они сами по себе — непостижимые, недоступные. Они живут не в нашем мире, но в том, что мы утратили и никогда не обретем снова. Мы не помним детство — мы представляем его. Мы разыскиваем его под слоями мохнатой пыли, нашариваем истлевшие лохмотья того, что, как нам кажется, было нашим детством. И в то же время обитатели этого мира живут среди нас, словно аборигены, словно минойцы, люди ниоткуда, в своем собственном измерении.
Мудрость — любопытное качество. Это не знание и не суждение, не интеллект, не интуиция и не стремление к правильным поступкам. И это не просто дар Божий; мудрость — сочетание всех перечисленных качеств. Она необходима для воспитания детей, потому что каждый родитель должен быть мудрым и затем передать мудрость своим детям.
Она была весела от природы, и для того, чтобы лишить ее этого качества, одного внебрачного ребенка было явно недостаточно.
Cлайд с цитатой