Герой (Hero) (1992)

Это луковица. Это метафора сюжета новостей. Пару часов назад, я стояла на карнизе 60-го этажа... и брала интервью у человека, который потом спрыгнул вниз. 40 миллионов долларов в банке, счастливый брак, хорошее здоровье. Прекрасный сюжет. Но нам ведь нужно больше. Ведь мы же профессионалы, так? Любовница, или какой-нибудь обман? Ещё один замечательный сюжет. Может, этого парня обвиняли в растлении несовершеннолетних? Потрясающе. Что? Обвинения оказались ложными? Великолепно — ещё сюжет. И любовницы не было — она лгала? Чтобы подставить беднягу, а? Сенсация. Так всё и идёт. Извините. Копаем, расследуем, раскрываем всю жизнь этого парня, его семью. Зачем? Мы же профи. Мы ищем истину. И что будет, если в конце концов... всё окажется неправдой? Были только сюжеты. Один за одним, пока ничего не осталось. И раз так, обязаны ли мы остановиться в какой-то момент? Или всё время копать, раскапывать, снимать слой за слоем пока ничего не останется? Пока мы не уничтожим то, что расследовали.

0.00

Другие цитаты по теме

Порой журналисты добывают новости проворнее, чем полиция. Не всегда то, что говорят по телевизору, относится к делу.

Конечно, границы понятия можно размыть, но суть харизматичной литературы остается прежней: герой или несколько героев влекомы идеей, которая ценнее их жизни и всех ее благ. Такая жизнь должна обрываться – или создавать впечатление, что может – без всякой липы и мягкой подстилки.

— Все наши спецслужбы согласны с тем, что Путин манипулировал выборами, чтобы Трамп стал президентом.

— И как же он это сделал?

— Да откуда мне знать? Вы должны это лучше знать, чем я! Какие-то русские хакеры взломали сервер демократической партии, опубликовали электронные письма в тот момент, который был неподходящим для Хиллари Клинтон. Всё очень просто!

— Русский виноват! Но этому же нет никаких доказательств.

— Конечно же, они есть, у наших спецслужб.

— Вот как, а вы их видели?

— Нет, нам сказали, что нам нельзя их видеть, потому что тогда бы мы узнали, откуда их получили.

— А вы знаете, как это называется? Когда веришь в то, что не видишь? Даю подсказку: это не журналистика.

Журналисты — это известно младенцу — всегда врут, особенно когда пишут правду.

– А что там прочие женихи? Не считая нашего доктора.

– Один – помещик небогатый, другой – приказчик, довольно зажиточный. На убийц не похожи.

– И это Вы мне говорите. Вы когда-нибудь видели убийцу, похожего на убийцу?

Корабль должен быть уничтожен! Чего бы это ни стоило!

Президентом человека делает народ, а вот нашептать народу — это наша задача.

Когда человек становится журналистом, от него требуют самоограничения и за пределами редакции. Любая инициатива, не связанная с «заданиями редакции», признается вступающей в конфликт с профессиональными обязанностями журналиста.

— Так что теперь, детективы? Как я могу помочь, когда два копа расследуют дело третьего?

— Подготовьте Беннета к допросу.

— Как скажете.

— Верко, спасибо.

— Будьте готовы стать изгоями. Это все не так весело, как вам кажется.

— У нас же не дурацкий сюжет с открытым концом?! У нас должен быть счастливый конец.

— А по-моему, сюжет дурацкий.