— А жалобы на шум, которые мы получили после того, как пели тебе «С днем рожденья»?
— Как друг, я был тронут, но как управдому мне показалось, что вам стоило меньше фальшивить.
— Но ведь если мы столкнемся с астероидом, ты ведь тоже умрешь! Разве нет?
— Не знаю, я умный и дерзкий, что-нибудь да придумаю.
Двое из их компании пели совсем другую песню, один вообще не помнил ни единого слова, но глаза у всех одинаково горели от удовольствия.
— Я хочу попасть внутрь.
— Я тоже, но нас ведь не пустят.
— А Пенни ты точно так же добивался, скажи мне?
— Нет, но у меня нет трёх лет, чтобы эти ворота начали меня жалеть.
— Так, кто хочет выпить?
— Пенни, мы не употребляем спиртное во время игры, потому что оно влияет на нашу рассудительность.
— Ну ты что, это даже не спиртное, это зелье, благодаря которому ты начинаешь мне нравиться.
— А может вон та парочка на скамейке? Они вроде какие-то забитые. Мы можем вполне с ними поговорить.
— Ты смотришь в зеркало.
— Так она поет?
— Да, на непонятном ему языке.
— Может, на языке селки.
— Селки?
— Так тюлени разговаривают. А знаешь, почему она поёт?
— Почему?
— Так селки общаются под водой. Он не говорят, они поют.
— Так вот почему омары услышали её пение.
— Ну и как вам суши, миссис Купер?
— Неплохо. Правда они могли бы быть лучше, если бы их приготовили. И, желательно, из говядины.
— Да как я вообще могу тебе нравиться?
— Ну, начнем с того, что у тебя в голове еще более серьезные тараканы, чем у меня, и меня это очень привлекает в женщинах!
Cлайд с цитатой