Минотавр не виноват, что он родился чудовищем! Минотавр не виноват, что он пожирает других — ему просто хочется есть!
Думаю, что ты чудовище, но не идиот.
Минотавр не виноват, что он родился чудовищем! Минотавр не виноват, что он пожирает других — ему просто хочется есть!
Why won't somebody come and save me from this?
Make it end.
I feel it deep within. It's just beneath the skin.
I must confess that I feel like a monster.
I hate what I’ve become. The nightmare’s just begun.
I must confess that I feel like a monster.
I, I feel like a monster. I, I feel like a monster.
Люди, неспособные наполнить свою жизнь здоровой любовью к деньгам, обычно страдают патологической тягой к таким вещам, как правда, честность и справедливость.
... известно, что никто не выделяет такую массу естественных зловоний, как благополучный человек. Что ему! щи ему дают такие, что не продуешь; каши горшок принесут — и там в середке просверлена дыра, налитая маслом; стало быть, и тут не продуешь. И так, до трех раз в день, не говоря об чаях и сбитнях, от которых сытости нет, но пот все-таки прошибает. Брюхо у него как барабан, глаза круглые, изумленные — надо же лишнюю тяжесть куда-нибудь сбыть. Вот он около лавки и исправляется. А в лавке и товар подходящий: мясо, живность, рыба. Придет покупатель: что у вас в лавке словно экстренно пахнет? — а ему в ответ: такой уж товар-с; без того нельзя-с. Я знаю Москву чуть не с пеленок; всегда там воняло.
Развод!
Прощай, вялый секс раз в год!
Развод!
Никаких больше трезвых суббот!
Ты называла меня: «Жалкий, никчемный урод!»
Теперь наслаждайся свободой, ведь скоро развод.
Он Алексей, но... Николаич
Он Николаич, но не Лев,
Он граф, но, честь и стыд презрев,
На псарне стал Подлай Подлаич.