В эти дни я видела, как ты пытаешься защитить дорогих тебе людей от страданий. Вот дурацкое чувство. Не переношу тех, кто не ценит свою жизнь.
— Если бы не нужно было никого спасать, защищать, если бы нужно было просто прожить жизнь, кем бы ты был, Лео Эльстер?
— Чтобы прожить, для начала надо выжить.
На деле я была настоящей тигрицей. Мало-помалу я постигла жизнь — точнее, училась находить средства защищаться от неё.
— Ты забыла, как буйствовала, впав ярость?! Ты забыла о ненависти в своем сердце?!
— Не забыла! Но покончила с этим! Я больше не совершу подобной ошибки! Я буду жить ради достижения своей цели! Ради желания вернуть друзей! И ради защиты людей, которые мне дороги.
Ей все время казалось, будто она родилась с каким-то едва ощутимым изъяном — где-то глубоко внутри, — изъяном, который слишком стыдно показывать кому-либо еще, и вокруг которого она всю жизнь выстраивала некий защитный панцирь, дабы никто ничего не заметил. И со временем панцирь стал ею самой — это было неизбежно, — только она никогда не признавала этого факта, хотя от такого признания ей, возможно, и стало бы легче. Ведь настоящую правду о себе — о том, что внутри у нее что-то немного не так, — знает только она одна, и никто никогда не должен этой правды увидеть. Ведь если не это — она настоящая, то что же тогда? Глубоко внутри она сломана, неисправна, и вся ее жизнь — бесконечная попытка сделать так, чтобы этого никто не заметил.
Острые зубы, ножи, копья — причина жизни. Кто не умеет себя защищать, быстро этот мир покидает.
Когда работаешь там, где работаем мы, то однажды понимаешь, что в жизни есть вещи, которые необходимо защищать. Потому что в тебя вселяется зверь, и если не быть начеку, этот зверь съест тебя целиком и от тебя ничего не останется. Ничего.
— Вы ненормальный!
— Я стал таким из-за ублюдков, которые не ценят человеческую жизнь. И худшие из них охотятся на детей.
— Впереди находится лагерь данов под предводительством Аловласого. Поднять ветку! Выше, над головой!
— Что она означает, милорд?
— Что мы пришли с миром и хотим переговоров. И если это люди Аловласого, а так и есть, надеюсь... он будет готов выслушать меня.
— А если нет?
— Будете защищать меня своими жизнями. И веткой.
Те, кто ни в грош не ставят свою собственную жизнь, не вправе кого-то защищать.
(Люди, которым настолько не нужна собственная жизнь, не имеют права защищать других!)
Cлайд с цитатой