Я вспоминаю детство, и у меня заболевает нежностью сердце.
И потом, всё нейтральное, холодное меня убивает. Но вот что самое странное: те, кто способен на нежность, любовь, понимание, а таких, в конечном счете, довольно много, обычно стыдятся выказывать чувства, им кажется, что это уронит их в собственных глазах и в глазах других. Но ведь всякий, кто нежен и раним, всякий looser, оказывается, в конце концов, winner. Если ты сложил оружие, ты неуязвим; это я давно знаю...
Я никогда не следовал за своим сердцем. Чтобы не пораниться, я всегда был осторожен. Менее добрый, чем остальные. Более колючий, чем остальные. Нормальное для меня всегда основывалось на реакции остальных. Я никогда не следовал за своим сердцем. Ни разу.
– Ну, а чего, Мишенька, всегда хочется?
– Тебя, Фрося.
– А вот глупый, и не знаешь: всегда хочется ничего не делать.
А у мужчин, как правило, после цирюльника физиономии делаются глупее процентов на семьдесят пять.
В те старые дни
я следовал лишь тому,
что сердце мне прикажет...
теперь же, сердце,
слушай, что я тебе укажу!
У меня было интересное, жизнерадостное, счастливое детство. Никогда не сидел на месте и не предавался мечтам. Все время что-то делал. А потом сбывалось и то, о чем не мечтал.
— Ольга, я прошу вашей руки.
— Это очень кстати, Владимир. Нынче утром я узнала, что в нашем доме не будет всю зиму действовать центральное отопление. Если бы не ваше предложение, я бы непременно в декабре превратилась в ледяную сосульку. Вы представляете себе, спать одной в кpоватище, на которой можно играть в хоккей?
— Итак...
— Я согласна.
– Тогда купи у Джоакима Блума дом моей матери и яхту, названную ее именем.
Вместо ответа Джейсон обнял ее и нежно поцеловал, а потом сказал:
– Но этого слишком мало для такой удивительной женщины, как ты. Можно я подарю тебе вдобавок свое сердце?
Холодное зимнее небо затоптано всякой дрянью. Звезды свалились вниз на землю в сумасшедший гоpод, в кривые улицы.
Cлайд с цитатой