Галина Дмитриевна Гончарова. Не сотвори себе вампира

— Ты себя достаточно хорошо чувствуешь?

— Нет. Я чувствую себя просто омерзительно. Меня тошнило. И может стошнить еще раз. На тебя.

— Переживу. В крайнем случае — примем ванну. Представляешь — ночь, свечи, ванна с пеной…

— …я поскальзываюсь на мыле и падаю тебе на голову, сломав обе ноги.

0.00

Другие цитаты по теме

— Девушка, что вы умудрились сделать руками?

— Обморозила, — ответила я.

— Да? А уколы откуда?

— Это я замороженного дикобраза ощипывала, — окончательно озверела я.

Искренность несовместима с романтизмом. Она разоблачает его легковесность и напыщенность, его тягу к наигранным чувствам и красивым словам.

Почему нам становится не по себе от романтики? Мы стыдимся своих чувств. Шарахаемся от высоких слов, как от чумы. Не воспевать же собственную неспособность любить.

Вначале было слово. И это слово было: «какая сволочь выкрутила солнце». Потом Бог увидел, что сам по пьянке вытащил все пробки и ввернул их обратно. Так появились звезды. А потом он посмотрел на землю, понял, что натворил, и сказал: «больше я у демиургов самогон не покупаю».

— Сволочь ты все-таки, — задумчиво протянула я.

Уныние в голосе оборотня мгновенно сменилось на сдержанный смех.

— На том стоим, солнышко.

— И уши у тебя холодные, — тем же задумчивым тоном продолжила я.

— Теплые! Хвостом клянусь!

— Не верю!

— Мой хвост! Я смертельно оскорблен!

— Романтика, любовь, «долго и счастливо», все это из раздела сказок для детей. Похоть, привязанность и секс — реалии современного мира.

— Считаешь, истинную любовь найти невозможно?

— Одна история на миллион. И там не обойдется без прикрас.

Он был первым, кого я смогла полюбить. Я никогда не верила в любовь, но я не нахожу другого подходящего слова для моих чувств к нему.

Чувства! Страсти! Всё равно какие, но когда их нет, то женщина не живёт, а небо коптит!

Детские чувства всегда смешны, если они попадают в руки чужого.

Когда кого-то искренне ненавидишь, то скрываешь свои чувства. Ругаешься и ссоришься только с тем, кто просто не нравится. Тогда об этом известно всем. А настоящая ненависть — тайна, о которой не знает даже её объект.