Не важно, как думают все,
Не важно, что их миллионы.
Забудь про свою уникальность,
Твори системы, меняй законы.
Не важно, как думают все,
Не важно, что их миллионы.
Забудь про свою уникальность,
Твори системы, меняй законы.
На что ты готов ради бунта,
что способен сделать в знак протеста,
что найти и что потерять,
и кого поставить на место?
За пафосом не скрыть
отсутствие ума.
Молчанье – золото,
твои слова – кусок дерьма.
Как насчёт того, чтобы замолчать?
Нашёл силы сказать –
найди силы заткнуться.
На что ты готов ради бунта,
что способен сделать в знак протеста,
что найти и что потерять,
и кого поставить на место?
Да бухой дебош. Тут хочешь, не хочешь, синьке благодаря
Вы весь протест свели до субкультур ущербных и корявых!
Что хорошо в литературе — так это то, что она позволяет чувствовать себя не таким одиноким. Но обратная сторона медали состоит в том, что ты перестаешь чувствовать себя уникальным. Это ведь может быть унизительно.
Все мы — это части одного большого витража. Яркие стеклышки, преломляющие свет абсолютного гения. Каждый уникален и несет свой неповторимый цвет в этот мир.
Важно дать людям чувство, что они что-то могут. Без эмоциональной вовлеченности в драму жизни ни гламур, ни дискурс не работают. Здесь халдеи совершенно правы. Пусть люди поверят в свою силу. Дайте офисному пролетарию закричать «yes, we can!» в промежутке между поносом и гриппом. И все будет хорошо. Люфт в головах уйдет. Народ опять начнет смотреть сериалы, искать моральных авторитетов в сфере шоу-бизнеса и строгать для нас по ночам новых буратин. А мы надолго скроемся в самую плотную тень...
Hallelujah, I'm a freak, I'm a freak
Hallelujah, every day of the week
I'm a do ya, like I want ya
После косметики, одежда делает человека. Я верю в униформу, я обожаю униформу! Потому что если ты пустое место, то и одежда не сделает из тебя человека. Лучше всего носить одно и то же и знать, что в тебе любят тебя самого, а не то, что из тебя может сделать одежда.
— Вы не думаете о тех, кого уволили? Зачем вы туда идете? Вы что, передумали? Вы не понимаете, что отступи мы сегодня, завтра это может коснуться любого.
— Ему легко говорить. Значит, сделаем так: каждый из нас отдаст часть своего жалования тем, кто был уволен.
— Верно.
— Красивый жест. На какое-то время. Но как они доживут до конца месяца? Что они будут есть? А когда уволят еще двадцать человек, вы отдадите им жалование целиком?
— Геройством желудок не наполнишь никому. И себе тоже.