— Мистер Фицуильям Дарси из Пемберли? Я ваша жена.
— Я не помню нашей свадьбы, мэм. Думаю, я бы её заметил.
— Мы женаты уже почти двести лет.
— Мистер Фицуильям Дарси из Пемберли? Я ваша жена.
— Я не помню нашей свадьбы, мэм. Думаю, я бы её заметил.
— Мы женаты уже почти двести лет.
— Так, вы идите туда, а я сюда. Если кого найдете – крикните.
— А что крикнуть мне, мисс Прайс? Я нашел очень интересный предмет.
— Какой?
— Вас. Вы далеко не простая.
— Любопытно, а кто первым обнаружил, что поэзия убивает любовь?
— Я думал, поэзия любовь питает.
— Прочную, страстную любовь, вероятно. Но легкой привязанности хватит одного плохого сонета для того, чтобы умереть.
— А что, по-вашему, может ее укрепить?
— Танцы. Даже пусть оба партнера почти невыносимы.
— Это не мой стиль – напрашиваться в незнакомое общество.
— Спросим его: почему? Почему умный и образованный человек не хочет напрашиваться в незнакомое общество?
— Я... Я лишен свойственного кое-кому таланта легко общаться с незнакомыми людьми.
— Я не играю на этом инструменте так, как хотела бы, но мне всегда казалось, что это моя вина. Потому что я уделяла мало внимания обучению.
— Это вполне справедливо. Вы иррационально распределяли свое время. А те, кто имеют честь слушать вашу игру, не думают про ошибки. Мы с вами не играем для посторонних.
— Все юные леди чудесно воспитаны. Они поют, танцуют, рисуют. Разговаривают по-французски, по-немецки. Расписывают ширмы, прям всё умеют.
— Как по мне, так тут не найдешь и шести чудесно воспитанных леди.
— Бесспорно. нельзя считать чудесно воспитанной леди, если в её манере сдерживаться, ходить, в звуках её голоса, в её речи, в выражении лица нет изюминки.
— Ко всему этому она должна добавить нечто поважнее – развивая свой ум чтением.
— Теперь меня не удивляет, что вы не знаете шесть чудесно воспитанных леди, мистер Дарси. Я не могу поверить, что вы знаете хотя-бы одну.
— Думаю, вы с мистером Дарси прекрасно разбираетесь в вопросах женского образования.
— О, да.
— Разумеется. Женщина не может считаться образованной, если не разбирается в музыке, пении, танцах и не владеет иностранными языками. К тому же она должна уметь вести беседу, одеваться, выражать свои мысли, иметь красивую фигуру и красивую коляску.
— А также нечто менее вещественное — острый ум и начитанность.
— Неудивительно, что лишь немногие отвечают этим критериям. Странно, что таковые вообще нашлись.
— А чем вызван ваш вопрос?
— Попыткой понять вас, мистер Дарси.
— И вам это удается?
— Нисколько. Мнения о вас такие разные, что я просто в замешательстве.
— Я помогу вам ввести ясность в будущем.
— Я послал за своим врачом, он будет через час.
— Через час он умрёт. Он потерял полпинты крови за две минуты.
— Как неприлично истекать кровью на чужом полу… в это время года… Что скажет леди Кэтрин?
— Я не смог разглядеть в вашей сестре даже маленьких вспышек влюблённости!
— Она очень застенчива.
— Бингли тоже робок. И он подумал, что её чувство не достаточно глубоко.
— Моя сестра даже мне не показывает свои чувства!