слезы

Why didst thou promise such a beauteous day,

And make me travel forth without my cloak,

To let base clouds o'ertake me in my way,

Hiding thy brav'ry in their rotten smoke?

'Tis not enough that through the cloud thou break,

To dry the rain on my storm-beaten face,

For no man well of such a salve can speak,

That heals the wound, and cures not the disgrace:

Nor can thy shame give physic to my grief;

Though thou repent, yet I have still the loss:

Th'offender's sorrow lends but weak relief

To him that bears the strong offence's cross.

Ah, but those tears are pearl which thy love sheeds,

And they are rich and ransom all ill deeds.

В два-три голоса

Мне говорили:

«Перед смертью

Он тихо всхлипнул... Чуть-чуть».

Слезы сжали горло.

Робко склонившись, цветы попросили:

«Звёзды! Нам дайте ответ.

В небе, где вы нам блаженство сулили,

Разве вы горькие слёзы не лили?»

И звезды ответили: «Нет!»

«Но ведь без слёз и любви быть не может, -

Молвили звездам цветы, -

Пусть на земле нас сомненья тревожат.

Сладко блаженство на небе, и всё же

Нам не прожить без любви и мечты».

Не плачь, прошу, я тоже не вывожу.

Держись, держу.

Ты поплачь!

Может будет легче...

Бесконечно — только небо со своими звездами, море — с глубиной своих вод, да сердце человека — с бесконечностью своих слез. Одно это делает его великим, — все остальное — ничтожно.

Souriront quand je passerai

Je ne saurai plus où me mettre

Tu seras loin Je pleurerai

J’en mourrai peut-être

Нет, этого я не забуду дня,

Я не забуду никогда, вовеки!

Я видел: плакали, как дети, реки,

И в ярости рыдала мать-земля.

Своими видел я глазами,

Как солнце скорбное, омытое слезами,

Сквозь тучу вышло на поля,

В последний раз детей поцеловало,

В последний раз…

Говорят, что не плачет солдат, солдат — он солдат,

И что старые раны к ненастью болят.

Но вчера было солнце и солнце с утра...

Что ж ты плачешь, солдат, у святого костра?