Финрод:
Немее камня только прах,
А хуже смерти только страх.
Берен:
А хуже страха только долг,
Который выполнить не смог.
Финрод:
Немее камня только прах,
А хуже смерти только страх.
Берен:
А хуже страха только долг,
Который выполнить не смог.
Человек не должен бояться смерти, если в нём достаточно смелости для того, чтобы выносить все трудности и испытания жизни.
Если ты не боишься смерти, то не боишься ничего. Когда научишься побеждать большой страх, то победишь и все свои маленькие страхи.
Люди боятся смерти по той же причине, по которой дети боятся темноты, потому что они не знают, в чём тут дело.
Я рано ухожу, и все продолжится без меня. Самое странное, что именно этого я больше всего и боялся. А теперь... я спокоен. Так спокоен.
— Кто пришёл снова?
— Дьявол, сэр, насколько я могу судить. Он подходил к окну.
— Кто подходил к окну и когда?
— Часа два назад. Господи, сэр, что это было за лицо! Оно будет сниться мне по ночам.
— Да успокойтесь вы, Уолтерс. Разве так должен докладывать полисмен?
— Вы правы, сэр, я всё понимаю, но я был потрясён, сэр, и бесполезно это отрицать. Я выбежал из дома и осмотрел кустарник, но там, слава Богу, никого не было.
— Если бы я не знал, что вы добросовестный сотрудник, Уолтерс, то после всего этого стал бы очень плохо о вас думать. Если даже это был дьявол собственной персоной, стоящий на посту констебль не должен благодарить Бога за то, что не смог его изловить.
– Тебя, шалуна, все знают на пограничье, – улыбнулся маг. – Не в лицо, так по описанию. Помню, лет двадцать назад отменный был скандал, когда ты с тремя такими же оболтусами перец уворовал.
– Взаймы взял, – затосковал гном. – Мы же представились, попросили, все честь честью.
– Да ясно, что взаймы, – согласился маг. – Мне. А того мужичка, возницу, убедить было потруднее. Четыре гнома при секирах, ночью, на узкой тропочке просят маленькую плошку перца – то еще зрелище. – Маг мечтательно улыбнулся вновь. – У него пес и то заикался!
Ребёнком хочешь быть похожим на отца, подростком не хочешь иметь с ним ничего общего, а когда вырастаешь, становишься таким же, как он. Смерть отца многому меня научила. Он сдался, захотел просто умереть... Что бы ни случилось со мной сегодня, мои дети увидят, что я не сдался. И я ничего не боюсь.
Человек, которому довелось испытать настоящий страх за свою жизнь, обретает способность ежеминутно радоваться тому, что пока не умер.