Что тут думать?! – На острова?
В пограничную зону? К черту
Все подробности!
Ерунда – даты, планы… И что в них проку?
Если место на корабле
Мне бронируют за полгода,
Значит, есть оно на Земле,
И мой личный сорт кислорода.
Что тут думать?! – На острова?
В пограничную зону? К черту
Все подробности!
Ерунда – даты, планы… И что в них проку?
Если место на корабле
Мне бронируют за полгода,
Значит, есть оно на Земле,
И мой личный сорт кислорода.
А в глазах плещет радость, и ветер всегда с Невы.
И зонтов здесь не надо, под каплями синевы
Мы растем быстрее и тянемся к небу, ввысь,
Где мечты зажглись...
Море не отпускало так просто. Оно пропитывало сердце и не давало уйти далеко. Море нельзя было предать. Однажды расписавшись в служении ему, трудно было от него отречься.
Я кое-что видела в мире и могу сказать точно: молодыми умом остаются лишь те, кто перестал глядеть в проклятый ящик.
Телевизор не только крадет драгоценное время нашей одной единственной жизни, но и создаёт ощущение, что ты знаешь мир — ничего более далёкого от правды. Как сказал Хемингуэй, ты ничего не знаешь наверняка, пока не увидел этого своими глазами.
Если смотреть не в экран, а вокруг, не будет надуманных стран-врагов, нагнетенной тревожности, мнимого чувства опасности.
Правда — в ногах, книгах, живых разговорах. В одиночестве и тишине, которых мы все так боимся.
Это только кажется, что море большое. На самом деле оно маленькое, бесследно в нем ничего не исчезает.
— Но он как-то наткнулся на камень преткновения всех мужчин.
— Что это за камень?
— Море!
— Алгебра!
— Дихотомия добра и зла!
— Бабы.
Я хочу превратиться в море,
Чтоб ласкать тебя игривой волною,
Чтоб шептать на ушко сказки,
Нежным голосом морского прибоя.