Железная маска (Le Masque de fer)

— Ваше Величество, взгляните на меня! Никому не известно, кто из нас на несколько минут или секунд, старше другого.

— Вы действительно мой брат?

— И меня преследуют с самого рождения, чтобы вы могли спокойно царствовать.

— Я этого не знал.

— Теперь вы знаете.

— И все же, я с этим согласен.

— Не сомневаюсь.

— Государство часто требует жертв.

— Очень утешительно, тем более, что пожертвовали не вами, а мной.

— Теперь мы поменялись ролями, в маску закован я. Но я не ропщу, я принимаю участь, которую вам угодно было мне приготовить.

— И что же дальше?

— Вероятно, вы займете мое место в Лувре, а я, вероятно, займу ваше в Бастилии.

— И что, даже попав в Бастилию, вы не откроете правду коменданту?

— Даже под пыткой, я предпочту, чтобы никто ничего не знал. Я думаю о Франции, о своем королевстве.

Другие цитаты по теме

Государственная машина состоит из песка, крупинки которого она растирает в пыль. Она существует лишь потому, что все одобряют ее существование, даже – и довольно часто до последней минуты – ее жертвы.

— Кошелек! Они украли у меня кошелек!

— Новичок!... Ой, кошелек! Они украли у меня кошелек!

— Да, для бывалого ты тоже не на высоте.

— А республика вам не подойдет?

— Республика во Франции? Да никогда народ этого не захочет! Французам обязательно надо кого-то любить или ненавидеть.

— Я так горячо молилась!

— Молитва королевы Франции высоко ценится, но думаю, что и испанцы не сидели сложа рук и тоже воздавали молитвы Господу. А теперь представьте себя на месте Бога: умоляют слева, умоляют справа, он не будет знать кому помочь, поэтому не станет вмешиваться.

Я не скажу, что существует два непримиримых врага, с одной стороны — государство, а с другой — олигархи. Я думаю скорее, что государство держит в руках дубинку, которой бьет всего один раз. Но по голове.

— Он добьется большей справедливости за два дня чем ваши суды и трибуналы за десять лет. Только не мешайте ему.

— И не собираюсь, я даже помогу ему? если смогу, но я хотел бы его понять, объясните?

— Пита Рамос для вас цифра, ну еще одна жертва, только цифра.

— А чем она была для Криси?

— Она вернула ему желание жить снова.

В то время как Брижит Бардо символизировала чувственность, а Катрин Денёв — элегантность, Жанна Моро воплотила в кино идеал интеллектуальной женственности.

Резонный вопрос возникает: почему вдруг сейчас снизошло на меня такое озарение? Отвечу просто, по-пацански: Достало в конец всё это царство-государство. Своим враньём, круговой порукой, узаконенным грабежом, взяточничеством и прочими доблестями... А главное — невозможностью играть свои спектакли. Выстраданные и любимые.

Если вы не улучшаете государство — вы не имеете морального права критиковать его.

Критикуешь — предлагай.

Предлагаешь — возглавляй.

— На секунду мне показалось, что ты дашь мне утонуть.

— На секунду мне тоже так показалось.