Вообще-то я чиню черепа, но могу и наоборот!
Женщины только притворяются, что хотят эмансипации, а на самом деле мечтают о «домострое».
Вообще-то я чиню черепа, но могу и наоборот!
Женщины только притворяются, что хотят эмансипации, а на самом деле мечтают о «домострое».
— Да я не обижаюсь, чего обижаться-то? Вы — интеллигенция. Рабочий класс, он относится к прослойке свысока.
— Нет, Валя, ты не рабочий класс. Ты — люмпен.
— Кто?
— Люмпен. В тебе нет профессиональной гордости мастера, а есть амбиции «незнайки».
— Вы вместо того, чтобы служить, идиллии пишете. Потом ждёте, пока эти критики начнут вас ругать, и плачете, как баба, и жгёте книги за ваши же деньги. У всех баре как баре, а у меня...
— Яким... Я тебя крымским татарам продам — они таким, как ты, язык отрезают. Продам, а потом выкуплю, только без языка, понял?
— Угу. Только не получится у вас меня выкупить обратно-то, потому что у вас денег не будет — вы все их на свои книги потратите.
— Ох! Вижу, ты привёл всю свою ущербную семейку.
— Пуддинг, смотри — котёнок! Я могу взять его себе?
— Только если у тебя руки лишние...
— Отдайте Утреда и остальные выживут. Мне нужен только Убийца данов.
— А получишь, Хэстин, только мой меч поглубже в мохнатый зад!
Слушай ты, шизик пустынный, ты, судя по всему, в своей жизни мало женщин повидал, поэтому не знаешь, как климакс притупляет инстинкт самосохранения. Я тебе такой ***ец устрою, что твой шариат тебе покажется летними, мать его, каникулами!