Пустые макароны имеют один и тот же вкус; сорта различаются соусом.
Вольный собственный перевод классика невыгодно контрастирует с величием классической мысли и не пополняет копилку мудрости человечества.
Пустые макароны имеют один и тот же вкус; сорта различаются соусом.
Вольный собственный перевод классика невыгодно контрастирует с величием классической мысли и не пополняет копилку мудрости человечества.
— Не принижай возлюбленную Ситрика.
— Она местная шлюха.
— А кто тогда Этельфледа? Разве ее не отдают как шлюху?
— Есть большая разница.
— За свою цену она станет женой и будет спать с мужчиной, которого не знает. В чем же разница?
Я думаю, что если я — это то, что я ем, то мусор я есть не буду! Папа считал, что: «еда — это бензин. Будешь привередничать, не заправишь бак — мотор сдохнет. Так что заткнись и жри!»
Раскаленное небо будто готовилось печь пироги. Облака были рассыпаны мелкой мукой и лишь по горизонту собирались в белоснежные комочки. Солнце лежало мягкое, растекающееся масляными разводами.
— Неужели ты не хочешь получить удовлетворение от осознания того, что всё сделал сам?
— Нет, я хочу только есть, спать и придаваться наслаждениям.
Вы, прародители рода человеческого, погубивший себя ради яблоко, чего бы вы не сделали за индейку с трюфелями?
Они продолжали уверять друг друга в том, что их чувства должны продолжаться, но, по правде говоря, уже были уверены, что это невозможно, ведь очень скоро они разъедутся по разным штатам, поступят в разные колледжи, будут встречать разных людей… Честно сказать, это должно было произойти. Они оба это прекрасно понимали, и их отношения находились в том же состоянии, что и бомба, каждую минуту готовая взорваться.
Сатира — это горький кофе, который выливаясь, растекается по всему блюдцу. И было бы странно, если бы жидкость заполняла лишь его часть.
Семейная жизнь как сериал «Все любят Рэймонда», только не смешной. Проблемы те же, но увы. По телеку звучат прикольные диалоги, а в жизни все как собаки злые.