— Тебе не кажется, что виверн — странное слово? Нечто среднее между «виват» и «вывернуть»?
— Как бы нас от этих виватов наизнанку не вывернуло.
— Тебе не кажется, что виверн — странное слово? Нечто среднее между «виват» и «вывернуть»?
— Как бы нас от этих виватов наизнанку не вывернуло.
— Как грустно вышло с твоим братом, Варрик. А еще какие-нибудь родные у тебя есть?
— У меня родных – что блох у крысы, Маргаритка.
— Ты хочешь сказать, что их так много? Или что они так же надоедают?
— И то, и другое.
— А у твоего лука есть имя?
— Боюсь, я не в силах соперничать с нашим дорогим гномом в... привязанности к своему оружию.
— Ты мог бы назвать его Филомелой!
— Это еще с какой стати?
— Да потому что он напоминает мне одну женщину из эльфинажа. Такой же тощий, колкий и вечно чем-то в людей швыряется.
И вошла Изабелла в церковь, и увидела она, что это скучно. Песнь Изабеллы, станс первый, стих первый.
— Я так переживаю! Вдруг я сделаю что-нибудь не так и всех опозорю? Я всегда делаю что-то не так.
— Мерриль, у тебя всё получится.
— Но я же ничего не знаю про людской этикет! Вдруг я возьму не ту вилку? А потом нечаянно ткну ею кого-нибудь. С меня ведь станется.
— Просто изобрази недовольство из-за того, что тебе накапали кровью на платье. Никто ничего и не заметит.
— Как по-твоему, почему Хартии так нравится в норе под землей?
— О-о, тут многообещающее окружение. Через несколько лет все светские фамилии сюда переберутся.
— По-моему, это плохое окружение. Они ненормальные. Хартия, я хочу сказать, а не... всё, лучше помолчу.
Я продолжу поиски, но если нам ничего не попадётся, у нас будет потрясающая экспедиция: всех собрали, всем запаслись, а идти некуда.
— Авелин? Помнишь, ты просила говорить тебе, если я замечу что-то необычное? Ну так вот, мы уже в девятый раз проходим эту треснувшую плитку на полу.
— Мы ходим кругами, а ты только сейчас мне говоришь?
— Я не была уверена. Вдруг у них здесь много одинаково треснувших плиток?
Люблю Нижний город. Это честное место. Иногда, правда, обдерут как липку — но ведь от всей души!
— Ты действительно не любишь Глубинные тропы?
— А кто в здравом уме их любит? Дыра, кишащая порождениями тьмы, и конца им не видно.
— Но живут же гномы на Глубинных тропах, правда? Наверное, не так все плохо.
— Гномы — психи.
— Это он верно говорит, Маргаритка.