Чтобы шутить, нужно чуточку злобы, нужно быть слегка на грани.
Хочешь быть уродом — пожалуйста, у нас свободная страна. Миллионы людей до тебя сделали такой же выбор.
Чтобы шутить, нужно чуточку злобы, нужно быть слегка на грани.
Хочешь быть уродом — пожалуйста, у нас свободная страна. Миллионы людей до тебя сделали такой же выбор.
Четкое выполнение ежедневных рутинных обязанностей — один из наиболее действенных способов сохранить высокую мораль и ясный рассудок...
— ... Люди воображают собственную смерть, чувствуют её приближение, и одна мысль о её неизбежности становится афродизиаком. Собаки или кролики ведут себя иначе. Или птицы, к примеру, — в неурожайные годы откладывают меньше яиц или вообще не спариваются. Всю энергию тратят на то, чтоб остаться в живых и дождаться более благоприятных времен. А человек надеется оставить свою душу в ком-то другом, в новой версии себя, и жить вечно.
— Значит, мы обречены, потому что надеемся?
— Можно назвать это надеждой. А можно отчаянием.
Хочешь быть уродом — пожалуйста, у нас свободная страна. Миллионы людей до тебя сделали такой же выбор.
Я знаю, что злость — трусливое продолжение грусти, на мой взгляд; намного проще злиться на кого-то, чем сказать кому-то, что ты чем-то расстроен.
— Я злюсь на себя. Я его подпустила. Только я теряю бдительность, меня бьют в живот, снова и снова. Я сама виновата.
— Сид, ты знаешь, что я скажу.
— Если снова про акулу, я тебя убью.
— Ты должна себя простить, иначе невозможно двигаться дальше. Если застрянешь в прошлом — оно тебя убьет.
— Уже убивает.
Где есть злость, под ней всегда скрывается боль.
(Там, где есть гнев, всегда скрывается боль.)
— Не разбрасывайся жизнью из-за нескольких шуток, отпущенных в твой адрес, — очень серьезно произнес Хью. — Плевать, кто и что думает.
Успех заставляет людей ненавидеть тебя. Как бы я хотела, чтобы такого со мной никогда не произошло. Было бы прекрасно наслаждаться успехом, не видя злость в глазах тех, кто окружает тебя.