Я беру собственную слабость и *бу её в рот.
Повсюду море, я вряд ли перейду его вброд.
Я беру собственную слабость и *бу её в рот.
Ума много не надо, чтоб дверью стучать,
Нам трудно извиниться, зато легко прощать.
Мы прячем лица, бухлом заливая печаль,
Проще напиться, чем что-то осознать.
То, что ему казалось силой характера – отсутствие желания знать больше, чем она сама готова была рассказать, – обернулось обычным себялюбием. Детское желание спрятаться в темноте, чтобы избежать неприятных разговоров и трудной правды. Он боялся ее секретов. Или, если быть точнее, боялся эмоциональной неразберихи, в которую ввергло бы его знание этих секретов.