Всем хоть Слон ты, хоть Собака -
солнце светит одинаково -
Во! Какая благодать!
Верь! Червяк ты или Дятел -
мир устроен замечатель -
Но! В словах не передать!
Всем хоть Слон ты, хоть Собака -
солнце светит одинаково -
Во! Какая благодать!
Верь! Червяк ты или Дятел -
мир устроен замечатель -
Но! В словах не передать!
Доктор Урбино упорно не признавался, что терпеть не может животных, и отговаривался на этот счет всякими научными побасенками и философическими предлогами, которые могли убедить кого угодно, но не его жену. Он говорил, что те, кто слишком любит животных, способны на страшные жестокости по отношению к людям. Он говорил, что собаки вовсе не верны, а угодливы, что кошки — предательское племя, что павлины — вестники смерти, попугаи ара — всего-навсего обременительное украшение, кролики разжигают вожделение, обезьяны заражают бешеным сластолюбием, а петухи вообще прокляты, ибо по петушиному крику от Христа отреклись трижды.
Как я уже говорил, самке выгодно также, чтобы в процессе ухаживания самец подносил ей еду.
У птиц это обычно рассматривается как своего рода возврат к ювенильному поведению со стороны самки. Выпрашивая у самца пищу, она сопровождает это движениями, типичными для молодой птицы. Предполагалось, что такое поведение автоматически привлекает самца, подобно тому как мужчине кажется привлекательным, когда взрослая женщина лепечет или надувает губы, как ребенок.
В лазурном небе летит маленькая птичка. Море отражает эту лазурь. Но сама лазурь исходит от моря в небо. Небо плачет на море синими слезами. Среди этих синих слез есть маленькие птички.
Инес обожала животных, смотришь на неё и теряешься — то ли святая, то ли извращенка.
Те, кто содержат животных, должны признать, что скорее они служат животным, чем животные им.
Многие домогаются места под солнцем. Но немногие помнят, что солнце заходит, как только мы это место добудем.
Мы никогда не забываем заглянуть к волкам, таким несчастным в клетках, где они беспрерывно ходят по кругу, — скорее для того, чтобы бросить им братский взгляд, чем чтобы восхищаться ими.
— Что у тебя с глазами? Они совсем красные. Ты плакал?
— Нет, — отвечал он, смеясь. — Я слишком пристально вглядывался в свои сказки, а там очень яркое солнце.
Животных любите: им бог дал начало мысли и радость безмятежную. Не возмущайте же ее, не мучьте их, не отнимайте у них радости, не противьтесь мысли божией. Человек, не возносись над животными: они безгрешны, а ты со своим величием гноишь землю своим появлением на ней и след свой гнойный оставляешь после себя, — увы, почти всяк из нас!
Очень давно, так давно, что даже трудно себе представить, умерла звезда. Она распалась на мелкие осколки, они рассеялись по Вселенной и через миллиарды лет стали частью деревьев, травы, моря, рыб, птиц. Посмотри на свою руку, в ней тоже частица этой звезды. А в твоих глазах поселились искорки пламени, которое озаряло нашу Галактику, пока не появилось Солнце. А в твоих волосах осели частицы самого Солнца. А твоё сердце... Когда Земля отделилась от Солнца и, остывая, вздохнула, этот вздох не потерялся в пространстве, он стал папоротником, папоротник превратился в угорь, угорь стал алмазом, а теперь этот вздох – в твоём сердце.