Я готова сидеть с тараканами и клопами в самой грязной тюрьме, но лишь бы там была возможность читать.
Несмотря на то, что опыт заключения – крайне непростой опыт, мы, политзэки, становимся в результате его приобретения только сильнее, смелее и упорнее. И тогда я задам последний на сегодня вопрос: какой тогда смысл в том, чтобы держать нас тут?
Ты каждый тюремный день свой проводишь в работе над собой. И, по моему опыту, работа эта даже более интенсивна и продуктивна, чем на свободе. Почему? Из чувства противодействия, из вредности элементарной. «Ах, вы так со мной? Отлично, тогда на зло вам я выйду еще лучше и сильнее, чем была до тюрьмы!»
Мое заключение — это обратная материальная сторона матрицы, сотни поставленных в строй тел — ослабленных, бледных, бессловесных, сотни физических существований, обволакиваемых слизью возвращения того же самого, слизью апатии и застоя.
— Чиполлино, луковка моя.
— Тебя засадили вместе с ворами и бандитами, как такое может быть?
— Да что ты, что ты сынок, да в тюрьме-то ведь полным-полно честных людей и, вообще, хороших-то людей вокруг больше!
— Что же они сделали?
— Ровно ничего, сынок, вот за это их и посадили. Принцу Лимону порядочные люди не по нутру. Тюрьма построена для тех, кто ворует и убивает, а у принца всё наоборот: воры и убийцы у него во дворце, а в тюрьме сидят честные люди.
— Значит попасть в тюрьму — это большая честь?
— Выходит, что так.
— Я тоже хочу быть хорошим луком, но в тюрьму попадать не хочу.
Сопоставленные с Библией все человеческие книги, даже самые лучшие, являются только планетами, заимствующими весь свой свет и сияние от Солнца.
— Дэниэл Чард считает, что у рукописи мог быть не один автор.
— Это и правда интересная догадка. Ну вот, как-то так. Во многом там видно классического Куайна, весь этот шок и ужас, но в других моментах... Ну, в общем я редактировал его произведения больше двадцати лет, но ни разу не видел у него точку с запятой. А в этой рукописи их несколько. Это не то, чему внезапно учишься в последние годы карьеры.
Любая книга — умный друг:
Чуть утомит, она смолкает;
Она безмолвно поучает,
С ней назидателен досуг.
Из всех чувств сильнее всего щемящая и нескончаемая тоска по справедливости и пониманию.
Cлайд с цитатой