Не важно, зима или весна, если я могу иногда быть рядом с тобой, как в этот день, и пускать ядовитый газ тебе в лицо, этого достаточно для моего счастья.
— Если обязанность наставника – взвалить на себя ученика с его болью, то в чём же тогда обязанность ученика? Стать настолько сильным, чтобы взвалить на свои плечи наставника. Легко, наставник. Я никогда не думала, что вы настолько легкий. Видите, наставник? [смотрит на луну]
— Да, вижу. Такую, какую никогда не видел... Прекрасную...
— Как меня можно судить, когда я управляю этой страной? Когда закон это я?
— Если мы не можем судить тебя на поверхности, посудим под ней. Женские слезы, пролитые в Ёшиваре по твоей вине... Кровь мужчины, которую ты пролил... Небеса могут простить тебя, но закон Ёшивары, «Гейша Смерти», не простит тебя.
Слишком часто счастью плевать на последствия, слишком часто оно нас слепит настолько, что кажется, будто сломать его уже никому не удастся.
Сколько человеческого счастья разбилось вдребезги только потому, что кто-то из двоих своевременно не сказал «извини».
… сейчас настала эра самореализации, сейчас довольствоваться тем, к чему душа изначально как-то не лежала, — мелко и слабохарактерно. Теперь в том, чтобы покориться судьбе, нет ничего достойного, теперь это считается трусостью. Иногда казалось, что тебя почти физически принуждают быть счастливым, как будто счастливым может и должен быть каждый, и если в поисках счастья ты вдруг решишь чем-нибудь поступиться, то вроде как сам же и будешь в этом виноват.
Тот себя зовет счастливым, кто богатством наделен,
Но, с тобой сливая душу, счастье я познал сполна!
Cлайд с цитатой