Анна Ольховская. Охота светской львицы

По законам жанра я сейчас должен был бы вскочить, с грохотом уронить стул и, униженный и оскорбленный, с топотом ускакать в ночь. Но за стеной спит Кузнечик, поэтому грохот отменяется.

0.00

Другие цитаты по теме

Сила воли и зверский аппетит опять выясняют отношения. Причем если еще неделю назад сила воли загоняла аппетит под плинтус одной левой, то сегодня все было грустно. У силы воли не было шансов. Она осталась мерзнуть в пустом холодильнике, рассказывая йогурту и проросшей пшенице пошлые анекдоты, а аппетит пинками погнал меня в магазин.

Он моментально сообразил, что жажда мести, изматывающая его жену, может помочь ему решить большую часть проблем. Пока Жанна, трубя в фанфары и размахивая шашкой, будет отвлекать на себя внимание генерала Левандовского, Карманов займется созданием новой сети, еще более хитроумной паутины.

Так же трудно заглушить обиду вначале, как помнить о ней по прошествии нескольких лет.

Мне кажется, жизнь слишком коротка, и не стоит тратить ее на то, чтобы лелеять в душе вражду или запоминать обиды.

... Разве когда любят, унижают?

Разумеется, гораздо удобнее было бы расстегнуть молнию на черепе, вынуть мозг, сунуть его под воду и просто-напросто смыть в канализацию все сожаления, обиды и оскорбления, а затем начать всё заново. Но это, увы, невозможно.

Он давно понял, что люди испытывают слишком большое удовольствие при виде ближнего в моральном унижении, чтобы позволить ему испортить это удовольствие каким-то объяснением.

I am a fucking machine fueled by the past,

Memory’s a memory until it’s a fact.

I can bury the hatchet and let some shit go,

But I got too many grudges to hold.

Saw a lot of people die in the end,

I never want to walk that road again,

Now I will never give up,

I don’t want to have it all,

I JUST WANT TO HAVE ENOUGH!

— И что потом, мы ушли, и ты просто переключился на новую семью? Сколько прошло времени с тех пор, как мы с Маркусом уехали?

— Все не так.

— Правда? Тогда как? Пожалуйста, расскажи. Я хорошо все помню, ты сказал: «Я приеду, малышка. Я приеду вас навестить». Я помню, потому что я снова и снова, и снова прокручивала эту ситуацию в голове, пытаясь понять, что я сделала не так? Что я сделала не так!? Почему он не приезжает!?

— Сид, я пытался. Когда твоя мать забрала вас, она выставила меня злодеем, во всем винила меня. Я пытался вам рассказать, наши отношения никогда нельзя было назвать стабильными...

— Не вини меня! Не я сделала тебя плохим мужем или плохим отцом. Ты завел другую семью, что маме оставалось?

— Бороться. Она должна была бороться вместе со мной.

— Нет! Это ты должен был бороться за нас! За нашу семью. Что ты за человек? Ты даже нас не навещал. Ты даже не звонил.

— Я должен был быть с Кэт. Она моя дочь.

— Как и я! Как и я!

Природа устроила так, что обиды помнятся дольше, чем добрые поступки. Добро забывается, а обиды упорно держатся в памяти.