У нашего лета нет берегов -
Ты проверял, и я проверяла.
Нас, как детей, на руках укачала
Волна, любовь.
Почувствовался аромат ветра... Бабочка поцеловала меня в шею, превратив ее в синеву.
Грудь превратилась в парусник. Я свое сердце первом встречном лету отдала...
И выпив до дна росу, немного поплакала. Люби за меня тоже. Не заставляй жизнь ждать.
Если ты согласна на такое, то проживай.
«Я буду любить тебя всё лето», — это звучит куда убедительней, чем «всю жизнь» и — главное — куда дольше!
Погода улучшается и зовёт тебя
На улицу, гулять по паркам и бульварам.
Солнце освещает путь нам до поздна,
Разбивая всех людей на пары.
Ветер с Невою опять целуются,
пахнут морем на Стрелке цветы.
А я обнимаю тебя… улицами…
Тяну до тебя разводные мосты.
Скоро заплачет осень дождями,
серым вдруг сделается горизонт.
А я тебя укутаю площадями
и позову согреться под зонт.
Я вскакиваю на бордюр и читаю стихи собственного сочинения. Писал я стихи плохие, ужасные, рифмовал любовь с кровью, сравнивая ее с водосточной трубой, разбавляя эти шедевры строчками «твои ушки — курага». Но тогда я этого не знал, она тоже этого не знала, а может быть, просто не говорила, стоя в парке, сжимая сумочку с лекциями и широко улыбаясь. Даже сейчас эти плохие стихи так и остались для меня лучшими, потому что пахли летом, счастьем и молодостью.
Закончится лето. И Бог с ним. Начнется осень. Ведь ты ее любишь. Я вижу в твоих глазах.
Над нами лето расстилает небо шелком,
Струится бахромою золотистой солнца свет.
И если ты захочешь, даже мир умолкнет,
Укутав нас с тобою в этот тёплый плед...
Если кого я люблю, я нередко бешусь от тревоги, что люблю
напрасной любовью,
Но теперь мне сдается, что не бывает напрасной любви, что
плата здесь верная, та или иная.
(Я страстно любил одного человека, который меня не любил,
И вот оттого я написал эти песни.)
Любовь может возвысить человеческую душу до героизма, вопреки естественному инстинкту, может подтолкнуть человека к смерти, но она хранит и боязнь печали.
Ее больше мучило предчувствие страдания, ведь уйти из этого мира — это значит не только упасть в ту пропасть, имя которой — неизвестность, но еще и страдать при падении.
Cлайд с цитатой