Не пропадай, друг мой. Когда ты боишься меня побеспокоить, я начинаю беспокоиться сам.
0.00
Я всегда вижу, когда она нервничает — она сильно красится. И сегодня она нанесла толстый слой нервозности.
Анна Михайловна Островская
Другие цитаты по теме
Cлайд с цитатойНо сделаешь круг – возвратись. Другой!
Он будет готов. Он дождётся. Веришь?
И ты вдруг помашешь ему рукой,
А он вдруг обнимет тебя за плечи
И скажет: «Ну где ж ты летаешь, где?!
Мне дружба твоя дорога. Скучаю…»
И ты улыбнёшься такой судьбе
И в кружки большие нальёшь вам чаю.
Он будет готов. Говорить, молчать,
И слушать, и нежиться, и смущаться,
Ресницами хлопать, душой дрожать,
Над каждой шуткой твоей смеяться...
Я повернулся к ней:
— Не беспокойтесь обо мне.
— Я беспокоюсь обо всем и обо всех, так уж я устроена.
Стихи — это что-то вроде карты внутреннего мира. Карта может быть политической, географической, климатической… У нее может быть разный масштаб, цвет, тип бумаги и язык, на котором напечатаны названия океанов и материков… Но мир один и тот же. Он всегда в нас. Мы носим его в себе.
И не надо бояться, что наши чувства не поняли, не приняли, отвергли. Не стоит стыдиться невзаимной любви и разбитых надежд. Мир остался внутри. Он целостен. Он не разбит и не разрушен. И он по-своему красив.
Никогда не поздно начинать чертить новую карту.
Я скучаю по глупым надеждам и тихим дням,
когда счастье казалось возможным и логичным.
По смущённым, смешно отстранённым нам,
не меняющим журавлей на пустых синичек.
Я скучаю, солнце. По Правде. По тишине –
не такой, в которой висит напряженно ревность,
а по той, спокойной и светлой, в тебе и мне,
в тишине, из которой неслышно родится вечность.
А на душе тепло, как будто в печке,
пусть даже за окошком холода:
бежит моя Собачка-Человечка,
в зубах игрушка — мягкая сова.
Бежит, глаза горят! И хвост виляет.
Сову бросает в ноги: «На, играй!»
И даже если мир не идеален,
здесь, дома, абсолютный идеал —
Собачка-Человечка лучшевсехна,
любима безусловно и легко.
И, если есть сова, в квартире лето,
всем ливням разоктябистым назло.
И пусть грязны прогулистые лапы,
её не обнимать никак нельзя!
Какое счастье — дом, где есть собака,
Собачка-Человечка-Егоза.
А он не ответит. А он не готов.
А он не охвачен силой мгновения.
И ты извиняешься за любовь
И прячешь нежные стихотворения.
Смущаешься, тихо потупив взор,
Стыдишься себя и краснеешь глупо,
Не можешь поддерживать разговор,
Цепляешься взглядом поминутно
За руки, ресницы и контур губ,
За чёлку смешную и бархат речи…
А он не заметит и этих мук.
Он пьёт до донышка этот вечер...
Господи, как же странно: толпа людей
Вроде бы на единой живёт планете.
Но в суете обычных бегущих дней
Мы порой друг друга и не заметим.
Не разглядим, погрузившись в свои дела,
Каждому боль своя сильней, чем чужая.
Вертится годом за годом, кружит Земля,
Люди друг друга ранят и забывают.
Беспокойство — это застрять и остаться в безысходности прошлого. В том, что ты не сделал, думая о том, что ты не сумел, думая о том, что ты бесполезен. Тебе не даст спать то, что твое сердце будет в замешательстве не даст ни пить, ни есть. А то, что на сердце грусть и от грусти оно разбивается... и от того, что оно разбивается оно горит... и от того, что оно горит оно каменеет. Наблюдая за тем, как все твои надежды, которые ты подпитывал, рушатся ты вновь и вновь возвращаешься к ошибке, которую ищешь в себе. Это словно упасть в свою яму. Заключить себя в свою же темноту этим беспокойством. То, что ты потерялся. То, что ты упал будешь знать только ты. Кроме тебя самого больше никто не услышит твоего голоса. Упасть в свою яму — это значит уничтожить себя. Если ты уже там, то не будет известно, что ты потерялся. Если не будет известно, что ты потерялся — не будет того, кто будет искать тебя. Если тебя не будут искать — ты не найдешься. Если ты не найдешься, то не сможешь спастись.
Слушай, а можно без лишних сложностей?
Слишком уж много осторожности
В строках твоих и в моих ответах.
В этой дистанции смысла нету.
Слушай, ну правда, давай дружить
И без камней за пазухой жить.
Лишних сомнений давно не нужно,
Пусть уже сложится эта дружба.