Я всегда вижу, когда она нервничает — она сильно красится. И сегодня она нанесла толстый слой нервозности.
Родители могут сильно испортить жизнь, иногда это длится вечно.
Я всегда вижу, когда она нервничает — она сильно красится. И сегодня она нанесла толстый слой нервозности.
Люди не любят, когда их беспокоят. Они предпочитают ложь, главное, чтобы она выглядела правдоподобно.
В машине Джейн не проронила ни слова о том, что ее терзало. Лишь набросала краткую автобиографию, достаточную, чтобы показать мне, что она совсем не такая умная, симпатичная, стильная или интересная, какой казалась в баре. Хотя, с другой стороны, то же самое можно сказать о каждом из нас, что и доказывает значение косметики и виски.
Я двадцать лет слышу: вот сейчас помрешь, вот прямо сейчас! Ну что ж мне, сдохнуть, чтобы успокоить вас всех?
Не справляясь с беспокойствами самого разного толка и не умея оставаться с ними один на один, «тревожные» стремятся придать смысл абсолютно любому своему действию. И если что делают, то только — с целью. Гулять, просто гулять, прогуливаться ради удовольствия — никогда, разве что по магазинам или мусор выбросить, хлеб купить или пожить культурной жизнью — сходить в кино или в театр. И снова вопрос: а достигая своих целей, мелких и крупных, получают они удовольствие? И снова — нет. Тревога так просто не отпускает, им надо бежать дальше. И убегание как раз и есть симптом и следствие неспособности получить удовольствие от жизни. О том, что само удовольствие может быть целью, тревожные люди обычно и слышать не хотят. Люди, позвольте же себе полениться! Это не стыдно, не вредно, и никто не будет вас ругать за несделанное домашнее задание, вы же взрослые. Отвыкайте от жизни в старомодном стиле «хватай мешки, вокзал отходит». Хвалите себя не за ударный труд, а за гармонию с собой. Как психолог ещё раз повторю: выигрывает не тот, кто всё время тревожится и суетится, а тот, кто спокоен, уверен в себе и умеет концентрироваться в нужный момент. Учитесь просто сидеть, лежать и ни о чем не тревожиться, не думать, не страдать, не планировать, не вести бесконечные диалоги и монологи с обидчиками, не смотреть телевизор или сериал в компе, не листать журнал. Для достижения многих вещей в этой жизни сначала требуется ничегонеделание. Войти в состояние ничегонеделания, поймать его и длить, длить... Поймите, ваша фамилия не Стаханов и вам не надо укладывать пятилетку в три года. Вам бы просто жить — и жить по возможности с наслаждением.
Чересчур расслабляться тоже опасно. Беспокойство в правильной дозировке было полезным, возможно, жизненно важным.
— Вы все слишком беспокоитесь за меня.
— Пусть волнуются. Если есть те, кто волнуются о тебе, может стоит просто довериться им?
Я думаю, что иногда мы любим кого-то так сильно, что становимся глухими к своей любви. И если б мы чувствовали, как сильно их любим — эта любовь убила бы нас.