С наступающим...

Другие цитаты по теме

— Ну а дома как?

— Дома? Чё дома? Я же твою Машку так любил, что даже жену себе с таким именем выбрал.

— Актриса?

— Не! Бог миловал.

— А кто?

— [пауза] ... Еврейка.

— [смеётся] Громов, как же твоя морда славянофильская в логово зверя угодила!? А детей у тебя сколько? Двое?

— Чё это двое? У меня трое! Как у Солженицына — Егор, Степан и Ермолай.

— Громов, а ты хоть понимаешь, что у тебя дети — евреи? [картавит] Три славных иерусалимских богатыря — Степан, Егор и Ермолай и с ними дядька Черномор. Громов, у нас, у евреев, по маме считается.

— Это вот у себя там, в Тель-Авиве, считайте по маме, а у нас, в России, — по папе!!! Азохен вей!

Мама, я позвонил, чтобы поздравить тебя с папой с... Всё мама! Мама! Как папа? Наелся праздничных таблеток и спать? Ты скажи ему, что я хотел бы быть на его месте...

Как же быстро молодость прошла, да и старость уже заканчивается...

Знаешь, выть хочется. Не плакать, не орать, а выть... Как же хорошо было в детстве, а? Лежишь, в облака смотришь, ни черта не думаешь, ну или думаешь там какие-то детские мысли свои. Ну дело даже не в этом, как-то всё вместе... А вот старики мои... Вот чего они хорошего в жизни видели, а? Где они интерес к друг другу находят, а? Сидят, какой-то дурацкий кроссворд разгадывают и столько в этом воздуха, света, жизни. В детство, наверное, хочется... или в старость... Нет, в старость тоже не хочется, потому что страшно.

Сокол ты мой! А у бабули-то Ягули кренделечки сахарные! Вернись, я всё прощу!

Давным-давно я вёл одну программу, приходит такой известный российский актер и я его спрашиваю: «Кого вы считаете выдающимися актерами двадцатого века?»

Он так сел и сказал: «Нас немного...»

Вот тебе билетик в ад! И тебе билетик в ад! ВСЕМ БЕСПЛАТНЫЕ БИЛЕТИКИ В АД!!!

— В Сент-Луисе вывесили ордер на твой арест. Теперь ты есть в базе данных ФБР.

— Теперь я популярен как Дилинджер!

Эш: Я хочу такой же любви, как у них, когда-нибудь.

Фредди: Где этот унылый кусок говна?

Стюарт (входит с покупками): Я здесь, ты, труп ходячий!

Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.

Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…