... в десанте больных быть не должно. У нас есть только две категории — живые и мертвые!
Поклонники думали, что мастер выживания поборет болезнь, но в последние дни он прошептал жене: «Я устал бороться всю жизнь...»
... в десанте больных быть не должно. У нас есть только две категории — живые и мертвые!
Поклонники думали, что мастер выживания поборет болезнь, но в последние дни он прошептал жене: «Я устал бороться всю жизнь...»
Нам всегда говорили, что рано или поздно это может случиться. Однажды привычный нам мир исчезнет. Это было биологическое оружие. Вирус не щадил никого. Люди начали рвать друг друга на куски, лишь бы выжить. Общество пришло в упадок. Это был нам знак, что нормальная жизнь закончилась. Мы — бойцы спецотряда. Мы не знаем, сколько нас, и через что нам предстоит пройти. Но одно мы знаем точно: у нас есть надежда на светлое завтра, и мы готовы сражаться за него.
Везде царит террор, запугивание и насилие. Аресты, депортации и даже расстрелы стали обычной практикой. Жизнь и личная свобода людей не стоят ничего. Но стремление к свободе — это врожденный инстинкт, присущий каждому человеку и каждому народу, его невозможно подавить надолго.
— Прекрати есть эту дрянь. Ты знаешь, как важна правильная диета.
— Мне осталось жить десять минут; что хочу, то и ем.
Добро пожаловать в «Первую Кровавую». Далеко же тебя занесло из родного Техаса, пастушок.
Проходя мимо пациентов геронтологического отделения, учишься проживать жизнь сполна.
Слушайте совет опытного человека. Вы первый день в ссылке, я третий месяц. Если будете откладывать жизнь до того дня, когда выйдете на свободу, вы конченный человек. Сохранить себя можно только одним способом — жить так, будто ничего не произошло. Тогда у нас есть шанс выкарабкаться.
Насколько весть о болезни близкого человека расстроит тебя из чистого сострадания, а насколько – из-за того, что нарушит твой привычный распорядок дня?
— Прошу разрешения оставить на час НП дивизии, наведаться в полк Черепанова и принять решение на месте. Прорвусь с автоматчиками. Три броска, и там.
— Значит, прорветесь с автоматчиками.
— Я был командиром полка на Брянском.
— Вам сколько лет, полковник?
— 28, товарищ командующий.
— Так вот, хочу, чтобы вам было 29. Идите и исполняйте свои обязанности командира дивизии, а не командира полка.