зима

Неужели все так быстро кончается? – подумал Ослик. – Неужели кончится лето, умрет Медвежонок и наступит зима? Почему это не может быть вечно: я, лето и Медвежонок? Лето умрет раньше всех, лето уже умирает. Лето во что-то верит. поэтому умирает так смело. Лету нисколько себя не жаль – оно что-то знает. Оно знает что оно будет снова! Оно умрет совсем ненадолго, а потом снова родится. И снова умрет... Оно привыкло. Хорошо, если бы я привык умирать и рождаться. Как это грустно и как весело!..

Я шла по улице, и вокруг меня была щедрость. Щедро сыпал снег, и его структура была совершеннее любого ювелирного украшения. Я щедро давила эти кристаллические решётки, и они громко рушились. А сверху падали новые, щедро прикрывали черноту улицы.

Это его последняя зима. Последний раз, когда он пройдёт по улице 17 января. И посмотрит на серое небо.

Февраль — самый короткий месяц, но тянется бесконечно.

Время года — зима.

Время года — терять.

Твари

Моих неуемных фантазий

Зимой становятся злее.

Лелею

Их. Чтобы не сглазить...

Комнатная зима. И кормушка на окне с хлебом для голодных замерзших птиц, и мягкий свет из окна, который никогда не гаснет, и тихое уютное тепло, словно в доме моём не кончается праздник рождества, и звуки смеха, и речитатив стихов, которые я порой читаю вслух для того, кого люблю, и тёплое молоко, похожее на вату неба, и невозможно долгий поцелуй, когда я вдыхаю тебя в порыве страсти, а ты обнажёнными лопатками упираешься в стену, за которой зима. Зима, хранящая много сказок...

Зимой земля, как нищенка в сермяге,

Дрожит в дырявом рубище бродяги.

Из льда и снега сметаны заплаты,

Но через них проглядывает тело.

Она стыдом и трепетом объята:

В такую рвань ее нужда одела.

Промозглым днем не хочется на волю,

Зато какое в комнате раздолье!

Январь. А за окошком плюс.

Гудит и ропщет населенье,

У растревоженной сирени

На каждой почке вздулся флюс.

В озерах сердце Родины застыло,

Под тяжестью снегов погребено...

Все русское, что было сердцу мило,

Застыло здесь и время истекло.