Вера Полозкова

Жальче всего людей, одержимых неотступным желанием всех чему-нибудь научить. Это самый прискорбный пример моральных инвалидов: как правило, кроме того, чтобы вещать и делать снисходительное менторское лицо, они вообще ничего не умеют.

Инфинитивами думать.

Слякоть

Месить и клясться — я не вернусь.

И кашлять вместо того, чтобы плакать,

И слушать горлом проклятый пульс.

Если тебя спросят, зачем ожог приходил за льдом, не опасна его игра ли,

говори, что так собран мир, что не мы его собирали.

Я могу быть грубой – и неземной,

Чтобы дни – горячечны, ночи – кратки;

Чтобы провоцировать беспорядки;

Я умею в салки, слова и прятки,

Только ты не хочешь играть со мной.

кто вписал это все, пока ангел спал над своей тетрадкой?

боль будет чудовищной.

будет правильной.

будет краткой.

пока нас укладывают в пакеты, гляди украдкой,

и реви, и реви, реви над своей утраткой.

а потом возвращайся назад

к гостям.

Когда мы стали такими злыми?..

Почему у нас вместо сердца пустой конвейер?..

Ты влюбленная до чертей, а он просто пьян.

осень опять надевается с рукавов,

электризует волосы — ворот узок.

мальчик мой, я надеюсь, что ты здоров

и бережёшься слишком больших нагрузок.

мир кладёт тебе в книги душистых слов,

а в динамики — новых музык.

Я планирую пить с тобой ром и колдрекс,

Строить жизнь как комикс, готовить тебе бифштекс;

Что до тех, для кого важнее моральный кодекс —

Пусть имеют вечный оральный секс.

Гордые оба — знаю.

Вместе — как на войне.

Только — усмешка злая -

Выбора просто нет:

С новыми — не забыться,

Новых — не полюбить.

Мне без тебя не сбыться.

Мне без тебя не быть.