Ольга Громыко

Судьба — она дама ветреная, никогда не угадаешь, чем и когда повернётся.

— А ваш капитан как, не против незваных гостей? — на всякий случай уточнил Теодор.

Мисс Отвертка сдавленно фыркнула, вспомнив произнесенную Роджером фразу из примерно дюжины слов, где не японскими и не матерными были только начальное «каких» и заключительное «принесло».

Подслушивать под дверью неинформативно, мало ли о ком могла идти речь!

Он тоже боялся. Но и понимал, что если они не сделают этот шаг вместе, то дальше им придётся идти в одиночестве. До конца жизни, потому что ничего подобного с ними уже никогда не произойдёт, а на меньшее они не соглясятся...

Идеальная жена для аристократа: слишком глупая, чтобы плести собственные интриги, но достаточно умная, чтобы не впутываться в чужие.

— ... готова ли ты к героическим подвигам и великим свершениям? Увековечены ли для потомков бесценные крупицы совершенного знания, готова ли ты одарить ими страждущих или, ослепленная гордыней, откажешься протянуть руку помощи сирым и убогим?

– Ты имеешь в виду – как у меня с подготовкой к экзамену, написала ли я шпаргалки и буду ли тебе подсказывать, когда ты начнешь тонуть?

…Мы оставили за порогом Ясневого Града одинаковые иллюзии: что твоё честное слово ценится выше чужой клеветы, что на друга всегда можно положиться в трудную минуту, а любимый человек никогда не обманет и не предаст. Оно и к лучшему, давно пора было от них избавиться — жить станет намного проще.

Но очень уж это больно, добровольно мало кто согласится.

— А ты помолись...

— Кажется, я уже не верю в богов...

— А зачем тебе боги?.. Молитва нужна, чтобы поверить в себя. Чтобы утвердиться в мысли, что на нашей стороне правда, а значит, мы победим.

Большая любовь всегда кончается трагично.

— ... И помните: молчание — серебро!

— А золото тогда что? — удивилась я.

— Вообще никуда не ходить. Оно надежнее.