Кто рано встаёт, тому ночью делать было нечего.
Злая она сегодня… Не с той ноги встала… Не на ту метлу села… Ещё и полетела не в ту сторону…
Кто рано встаёт, тому ночью делать было нечего.
Злая она сегодня… Не с той ноги встала… Не на ту метлу села… Ещё и полетела не в ту сторону…
Отрази, обними,
Разбуди ты меня — настоящую...
Без обид, без вины
Будет утро живое, звенящее...
Будет день без оков,
Без моих возражений неискренних,
Будет вечер без слов
И костёр с золотистыми искрами...
Я обнадёжен и утешен
старинным символом, простейшим -
восходом солнышка.
Оно
восходит так же, как давно.
Восходит, как в младые годы,
а в молодые те года
не замечал я непогоды
и собирался жить — всегда.
Но особенная близость вовсе не подразумевает, что нужно говорить друг другу все. Все, что думаешь. Все, что знаешь. В семейной жизни, особенно в семейной жизни, наоборот, нельзя говорить о чем-то, обнажать какие-то вещи, что-то непременно надо держать при себе. Есть в близости людей заветная черта, ее не перейти влюбленности и страсти, пусть в жгучей тишине сливаются уста, а сердце рвется из груди от любви на части... Чрезмерная откровенность делает людей, живущих в браке, неинтересными друг другу. У каждого должны быть свои тайны, секреты, особенно некоторые вещи обязательно должны оставаться недосказанными...
Эх, луга бескрайние, что ж вы делаете со мной.
Ранним утром при восходе солнца
Укутаны вы туманом и душистых цветов пеленой.
Ну что ты, папа, ворчишь, как дед?
Ведь мне давно уже не десять лет!
Что из того, что позавчера
Я задержался до пяти утра?
Тебе не нравится наш музон,
Всё говоришь, что примитивен он.
Ты в чём-то прав, но пойми нас,
Хотя бы вспомни, как ругали джаз!
Я просплю его все, до конца,
Неожиданно раннее, тихое.
Мне не хочется издалека
Ожидать суеты шаги семимильные.
Лишь ее притяжения родные
И шуршания особые, сладкие:
«Ты, останься со мной в обнимку,
Обещаю, сны покажутся такими реальными».
Я доверюсь, засну и просплю
Все дела без зазрения совести.
Утро, тебя я люблю,
Ты теперь и вправду хорошее.