Уильям Стайрон. Выбор Софи

Другие цитаты по теме

Как человеку определенной национальности, которая на протяжении столетий подвергалась несправедливым гонениям за то, что ее сыны якобы распяли Христа, вам — да, черт подери, вам! — следовало бы понимать, как непростительно осуждать за что бы то ни было любой народ!

Для мира крематориев ненависть — слишком буйное и спонтанное чувство, никак не сочетающееся с однообразием выполняемых изо дня в день обязанностей.

Сидя в майских сумерках в Клубе и резиденции университетов и наблюдая за невиданно огромным тараканом, который полз по моему тому Полного собрания поэзии и прозы Джона Донна, я вдруг увидел лик одиночества и решил, что это самый безжалостный и самый отвратительный лик.

Но это только еретики-«либералы» отождествляют военных с подлинным зло, считая его безраздельной вотчиной лейтенантов или генералов, тогда как военные часто способны творить вторичное зло — агрессивное, романтическое, мелодраматичное, увлекательное, доводящее до оргазма. Подлинное же зло, зло Аушвица, от которого захватывает дух, — зло мрачное, однообразное, унылое, неприкрытое — осуществлялось почти исключительно гражданскими лицами. В качестве примечания следует только добавить, что величайший в истории ликвидатор евреев, тупоголовый Генрих Миллер, был фермером, разводившим цыплят.

Что побуждает человека терзать себя, взрезая мозг тупыми ножницами неприятных воспоминаний?

Женский совет еще никому не мешал, ведь так?

А просто не найдется нынче весов таких, чтоб горе мое взвесить. И глянь-ка, невесомое вроде, а тяжелее камня всякого, на самое дно с ним ушла. Я и солнце как сквозь тину вижу, оно мне зеленое, как утопленнице…

Никакое горе так не велико, как велик страх перед ним.

Ты с улыбкой как-то спросил меня, -

Отчего так страстно я рвался к трону?

Для чего нужна мне была резня,

Почему без крови не взял корону?

Что тебе ответить, мой милый сын?

Можно было ждать и смотреть бесстрастно,

Видеть над столицей пожарищ дым,

Беспорядки в армии, бунты в графствах.

Петер был от горя упрям, как бес,

Ксав твердил: «Преступник сидит на троне».

Вместе мы писали мой манифест,

И клялись, что Юрия похороним.

Слез нет. Плакать бессмысленно, как пытаться излить цистерну горя через капельницу.