Нынче выпал ясный день.
Но откуда брызжут капли?
В небе облака клочок.
Нынче выпал ясный день.
Но откуда брызжут капли?
В небе облака клочок.
И мне всегда тепло
Под питерским дождём,
А ты под золотым
Московским солнцем мёрзнешь.
Ты пел на этой сцене о дожде,
Который ночью на асфальт уныло капал,
И он послушно шел в ладонь к тебе,
И тихо о своём о чем-то плакал.
Мне захотелось тоже стать дождем,
В невидимое платье обернувшись,
Чтоб долго-долго плакать — о своем,
В плечо твоё доверчиво уткнувшись.
Особенно я ненавижу дождливую погоду в городе. Я, собственно, не столько против дождя, сколько против грязи, потому что, по-видимому, обладаю для нее какой-то неотразимой притягательной силой. В ненастный день мне достаточно только показаться на улицу, и я уже наполовину покрыт грязью. Всему виной то, что некоторые из нас слишком привлекательны, как сказала старушка, когда в нее ударила молния. Другие люди могут выходить из дому в непогоду и часами прогуливаться по улицам, оставаясь совершенно чистыми, а я лишь перейду дорогу, и на меня уже просто стыдно глядеть (как говаривала моя покойная мама, когда я был еще мальчиком). Если во всем Лондоне окажется всего лишь один-единственный комочек грязи, я убежден, что отобью его у всех соискателей.
Был темный дождливый день в две краски. Всё освещенное казалось белым, всё неосвещенное — черным. И на душе был такой же мрак упрощения, без смягчающих переходов и полутеней.